– Суп поешь, – крикнул в спину убегающему старлею старшина Шушин.

– Потом, – отмахнулся Баранов.

– Товарищ майор, ваша тарелка, – старшина протянул мне небольшой пузатый термос, для первых блюд, который заменял мне тарелку.

– Спасибо, – я забрал емкость и здоровый шмат серого хлеба.

Хлеб был мягкий и вкусный. Старшина заранее закупился провизией на всю группу. Папаша был моим зампотылу, он отвечал не только за техническое состояние нашего скакуна – бронеавтомобиля «Тайфун-к», но и за еду. Причем, несмотря на то что по званию Шушин был самым младшим в группе, но в негласной иерархии, которую я тут же определил в коллективе, он шел следом за мной, а в некоторых вопросах, я смело отдавал ему роль первой скрипки. Всегда полезно учится и получать новые знание от более опытных и матерых товарищей, и пусть они при этом всего лишь старшины, а ты цельный майор, зато этот старшина прошел несколько войн: Афганистан, Приднестровье, Югославию и первую Чеченскую, и ему есть, что передать более молодым товарищам.

Так вот, про хлеб, Шушин покупал хлеб в какой-то небольшой пекарне, где его готовили из обойной муки и на закваске. Из-за этого хлеб не портился, не черствел и оставался пышным и свежим несколько недель подряд. Правда, столько он никогда не лежал, но во время учений, нам завидовали все близлежащие экипажи, видя, как мы трапезничаем свежим хлебом и ароматной похлебкой, в отличие от остальных, которые давились консервами и галетами из сухпая.

Перехватив завистливый взгляд солдатика из соседнего БТРа, я ему подмигнул, а потом меня посетила здравая мысль.

– Старшина, передай мне целую булку хлеба.

– Зачем? У вас, вон, кусок не тронутый.

– Надо! Не жадничай.

– Солдатиков, что ли кормить будете? – догадался старшина, видя, как из нутра БТРа показалась еще одна голова в шлеме. – У них свой сухпай есть, да и домашние пирожки из «чипка» еще не поели. Обойдутся! – старшина погрозил соседям кулаком.

– Давай хлеб, – потребовал я. – Мне для дела!

– Добрый вы товарищ майор человек, вечно жалеете всяких там кошечек-собачек, да солдатиков всяких, – проворчал старшина, передавая мне небольшую, круглую булку хлеба, упакованную в бумажный пакет.

Вот ведь зараза, самую маленькую булку выбрал. Как знал, что я буду соседей угощать. Я забрал хлеб, взял фотоаппарат и полез наружу.

– Товарищи бойцы, хотите Родине послужить? – обратился я к торчащим из люка головам в шлемах.

– Так точно, товарищ майор, – ответила одна голова, – а что надо делать?

– Хлеб есть, – ответил я. – Вылезайте наружу, я вам сейчас все объясню.

Из десантного отсека БТРа тут же показались еще две головы. Пехотинцы тут же пожелали служить Родине и поедать свежий хлеб. Приказав снять защитные маски, я внимательно оглядел лица и выбрал двоих с наиболее плакатными, по моему мнению, внешностью бойцов. Первый – невысокий щуплый сержант азиатской внешности, он был родом из Сибири, а по национальности – тувинцем, а второй, напротив, классический рязанский парень – широкое, доброе, открытое лицо, с крупными чертами и носом-картохой.

– Значит так, оба залазаете на морду БТРу, сидите по разные стороны от боевой башни, ноги вот так, ты – сними шлем и положи его на колени, а ты, расстегни ремешки шлема и сдвинь его на затылок. Отлично, по моей команде, ты, – я ткнул пальцем в «рязанца», – ломаешь хлеб пополам и половину отдаешь товарищу. Дальше просто жрете хлеб, но аккуратно и без спешки. А, нет, стоп, не так! А, ну позови сюда мехвода, – приказал я.

Тувинец стукнул по люку водителя-механика, и как только крышка люк поднялась, из неё показалась голова в шлемофоне. Вопреки всем киношным штампам лицо водителя было чистое и не испачканное машинным маслом. Между прочим, БТР-82 укомплектован кондиционером. Но, нам надо чтобы было как в кино.

– Водила, а, ну испачкай харю чем-нибудь, а то ты на гражданского таксиста похож, а не на армейского водителя. Короче, по моему сигналу, ломаешь хлеб на две неравные части: малую часть отдаешь соседу, потом ломаешь большую часть еще на две половинки и делишься с водителем, но он должен сидеть внутри и высунуться только после того, как ты стукнешь по люку. Запомнили? Сделать надо с первого дубля. Просто молча жрете хлеб! Не лыбьтесь, не разговаривайте, не смотрите в камеру, не пытайтесь изображать актерскую игру. Просто жрете хлеб. Уяснили? Водителю можно сразу же спрятаться внутрь. Если хорошо отработаете дам на полчаса телефон с доступом в интернет.

Солдатики, услышав о награде, тут же воодушевились и нешуточно возбудились. Ну, еще бы, они без связи с родными уже несколько недель. Все воинские подразделения, участвующие в СВО на Украине еще с пятнадцатого февраля, находятся в режиме боевой готовности, а это значит, что все электронные гаджеты под запретом, и ни о какой связи с родными через интернет не может быть и речи. Ну, по крайне мере, офицеры предпринимали для этого все возможные и невозможные меры.

Над башенной установкой водрузили триколор, а символ «Z», на морде БТР обновили свежей краской. Когда все приготовления закончились и несколько раз прогнали короткую репетицию, я навел объектив цифрового фотоаппарата на БТР и дал отмашку: