Она уже хотела сказать об этом, но в то же мгновение воздух вновь стал другим. Потрескивая, он наполнился мощной энергией… из Зеркала изливался могучий невидимый поток, сразу же настолько сдавивший ее грудь, что каждый вдох давался теперь Кейт с трудом… как если бы она пыталась дышать через узенькую соломинку.

— Бретван незачатый! — выругался Ри. — Эту штуковину нужно остановить.

Но если у них и имелся шанс остановить Зеркало, время для этого было упущено. Свет в центральной опоре Зеркала — изысканное золотое сияние, изливавшееся вверх и образующее мерцающую лужицу в центре кольца, — сделался вдруг кроваво-красным… и словно плененный зверь рванулся на свободу из места своего заточения. Он ударил в экран, который соорудили они своею волей, кровью и чарами, и на мгновение уперся в него. Пламя, поразившее созданную Кейт невидимую сферу, наверняка было видно и со стороны. Однако экран был создан не для того, чтобы ничего не выпустить наружу, а для того, чтобы ничего не пропустить внутрь. И когда алый свет наполнил пространство вокруг них, сделался ярче, а потом еще ярче… экран не выдержал, и пламя столбом рванулось в небо, озаряя мрак ночи.

— Ну, теперь нас найдут, — расстроенно заметил Валард. — Так я и знал, что нам не удастся уйти.

— Выбросьте эту штуку за борт, — сказал Янф.

Кейт и Хасмаль переглянулись. Хасмаль ответил:

— Если мы потеряем его, все души, находящиеся сейчас на Матрине и в Вуали, окажутся в опасности.

Где-то вдали заработали двигатели аэриблей. Находящиеся в них колдуны, несомненно, ощутили выхлестнувшиеся мощным потоком чары, ну а свет мог увидеть каждый.

— Они немедленно полетят сюда, — сказала Кейт. — Нужно быстро решать, что нам делать.

В свете исходящего снизу кровавого пламени Хасмаль казался адским духом, обитателем ночного кошмара. Хмурясь, он смотрел в ту сторону, где аэрибли снова готовились к охоте.

— Если бы мы могли сохранить его, за это стоило бы умереть. Но когда они явятся сюда, мы погибнем, и Зеркало достанется им.

Качнув головой, он уткнулся лицом в ладони и на мгновение застыл в этой позе. Кейт услышала, как Хасмаль вздохнул, как пробормотал что-то непонятное — не потому, что говорил слишком тихо, просто она не знала этого языка… Наконец он пожал плечами и сказал, обращаясь ко всем в шлюпке:

— Придется выбросить его в воду. По возможности на самое глубокое место. Лучше там, где есть коварное течение, подойдут также рифы… и еще — если тебе такое место известно, — чтобы вода кишела горрахами. Возможно, они помешают нашим преследователям достать Зеркало.

— Пока мы будем искать подходящее место, аэрибли накроют нас, — ответил Ян. — Нет, выбрасывайте за борт прямо сейчас. Ничего, сойдет.

Кейт привстала на месте:

— Нет, Ян. Мы должны сделать все возможное, чтобы не позволить им…

— Мы должны спасать собственные шкуры, — оборвал ее Ри. — Если мы уцелеем, то, быть может, сумеем вернуть себе проклятую штуковину прежде, чем они сообразят, как ею пользоваться. Какое-то время на это у нас будет. Ведь Зеркало давно находится в твоих руках — сколько месяцев? — а ты знаешь о нем не больше, чем когда только нашла его. Я прав?

Прав он или нет, Кейт сказать не могла. Однако моторы аэриблей стучали уже гораздо ближе, и мысль о немедленном избавлении от Зеркала становилась все более настойчивой. Ведь враги действительно могут не найти способа воспользоваться им, даже если сумеют выудить из воды.

Впрочем, особо надеяться на это не приходилось. Представившийся прабабушкой дух Дракона направил ее на поиски Зеркала. И он же может сообщить, как им пользоваться любому, кто извлечет из воды этот предмет.

Ри, Янф и Валард перешли на нос лодки. Валард отодвинул плечом Хасмаля от Зеркала. Двое его товарищей подняли таинственный предмет.

— Раз, два, три! — скомандовал Ри.

Зеркало, кувыркаясь, описало дугу в воздухе. Красный как кровь луч ударом меча вспорол сумрак неба и моря.

Там, где Зеркало разбило гладкую, как стекло, поверхность пролива, вода вскипела и забурлила, провожая его в глубины морские — на самое дно. Жутким, чудовищным был этот свет, словно кровью истекали сами острова. Кейт не могла отвести глаз от багрового свечения. Лучи пронзали мутную воду, заставляя искриться поверхность.

— А теперь за весла, — завопил Ян. — Быстро! Гребите скорее! Может быть, нам еще удастся дожить до утра.

Налегая на весло, Кейт не могла отвести глаз от холодного пламени, горевшего под поверхностью моря. Пожалуй, Зеркало решило предать их всех, подумала она. Словно получив от них все необходимое, оно пожелало отделаться от ставших ненужными компаньонов и призвать к себе новых союзников.

На сердце ее было пусто, кости ныли от ужаса. Ночь-то они вполне могут пережить, решила она. И достичь острова, о котором говорил Ян. Пусть даже и так, но ведь ее враги — а значит, и враги Возрожденного — получат Зеркало Душ.

Какую же цену придется заплатить всему миру за то, что ей удастся спасти свою жизнь?

Солнце нещадно испепеляло Тысячу Плясунов яростно раскаленными и тяжело обрушивающимися на землю лучами. Стоя в передней части гондолы «Сердца Огня», Криспин разглядывал призывавшее его к себе красное свечение, пронзающее толщу воды, и безмолвно поносил на все лады Ри, клянясь взыскать с изобретательного братца — хотя бы даже с мертвого — в полной мере все, что причиталось с человека, выбросившего Зеркало Душ в глубины морские. Его рубиновое свечение Криспин мог видеть с высоты даже днем. И тем сильнее была его ярость — от того, что Зеркало не давалось ему в руки.