На тринадцатом этаже начинает болеть нога, но осталось всего четыре, поэтому я стараюсь отвлечься от боли, к которой привыкла за последние два года, и поднимаюсь дальше. Еще два этажа. Я надеваю наушники, включаю любимую песню и делаю глубокий вдох. Еще немного. Совсем немного.

На экране телефона появляется фотография мамы, и я использую ее звонок для передышки.

– Привет, Кирюш! У нас с Ларой к тебе просьба. Ты дома? – начинает она разговор.

Теоретически дома, но до квартиры еще два этажа.

– Да, практически дома, мам, – отвечаю я.

– Отлично! Впусти к нам, пожалуйста, Тимура. Он забыл ключи от квартиры. Лара привезет их чуть позже, сейчас она занята. Он в курсе и уже ждет на площадке.

– Хорошо, – произношу я с плохо скрываемым раздражением.

Так уж и быть, я впущу Тимура, который забыл ключи, потому что в его голове нет ничего, кроме хоккея. В этом мы с ним похожи. Когда-то и я была такой же. Грезила олимпийской медалью и профессиональными тренировками. Это было так давно, словно в прошлой жизни. А сейчас моя обида и злость на саму себя дают мне возможность преодолеть еще два этажа, позабыв о боли. Подойдя к двери, я вижу Тимура. Он сидит, слушает музыку. Перед ним баул с экипировкой и небольшая спортивная сумка с вещами.

– Привет, – говорю я еле слышно, когда он замечает меня и снимает наушники. – Поздравляю с победой. Заходи.

Я открываю дверь и вхожу в квартиру, Тимур молча идет за мной.

Какой же сложной была игра! Зато я сделал «хет-трик Горди Хоу». Забил гол – не люблю хвалиться, но я попал вратарю прямо между щитков. А еще отдал результативную передачу и даже подрался. Все это за одну игру! Правда, в следующий раз я не буду выбирать для драки парня, которому стоило бы быть тафгаем. Мне кажется, он специально налетел на меня, чтобы не пустить к воротам. Но я смог отдать пас, который наш кэп превратил в гол. Соперника это разозлило так, что он впечатал меня в борт, а потом, сбросив шлем и краги, полез в драку. Я тоже не промах – в пятак ему дал. Потом пришлось сидеть на скамье штрафников, но это того стоило. Правда, без травм не обошлось. Надеюсь, мама не смотрела этот матч. Не хочу выслушивать лекцию о том, что нельзя драться, даже если тебя провоцируют. Я не лезу первым, но если меня бьют, терпеть не стану.

Очень сильно болят ребра. Дышать тяжело, поэтому, садясь в автобус, я мечтаю скорее оказаться дома. Открываю свою страничку Вконтакте и вижу огромное количество комментариев под моим последним постом. Там мы с Олегом, защитником команды, после матча, еще в шлемах и на льду. Странички игроков «Волков» очень популярны, и наш тренер говорит, что нужно всегда общаться с подписчиками. Если мы станем звездами, наше прошлое сыграет большую роль в создании имиджа. Поэтому я ставлю «сердечко» на каждый комментарий, благодарю всех подписчиков за поздравления и посылаю смущенный смайлик на каждый комплимент. Закончив с этой обязанностью, я надеваю наушники, включаю музыку и смотрю в окно. Дорога длинная. Боль в ребрах не дает дышать полной грудью, и я задумываюсь, на своем ли я месте.

У меня никогда не было выбора. Нас с моей соседкой Кирой отдали в спорт по принципу «все равно куда, главное, чтобы тренировки были в одно время». Нашим мамам, а по совместительству лучшим подругам, было гораздо удобнее отвозить нас и забирать по очереди. Ледовый дворец оказался в пятистах метрах от нашего дома. Мне достался хоккей. И я не помню себя до него. Иногда мне кажется, что я родился с клюшкой в руках.

Год назад я подписал первый профессиональный контракт, и теперь мне платят за игру. Немного, но все же так приятно понимать, что я могу не просить деньги у родителей для похода в кино, например. Но оказалось, что тратить их мне некогда. В моем распоряжении только ночь. Утром школа, днем и вечером тренировки. Потом я быстро делаю уроки и ложусь спать. В выходные у меня есть свободное время, но я предпочитаю отсыпаться и видеться с друзьями. И куда в таком плотном расписании вставить другие хобби? Не сейчас, в следующей жизни, наверное. Если и там мои новые родители не решат все за меня.

Не сказать, что я вообще не люблю хоккей. Люблю. Мне нравится чувствовать вкус победы, поднимать над головой кубок, как в прошлом году. Люблю внимание людей и ощущение собственной важности. Но ежедневные тренировки меня утомляют. Так сильно, что иногда по утрам нет желания вставать с постели. Но я знаю, что без ежедневного труда не будет ничего: ни чемпионатов, ни побед, ни чувства уникальности. Поэтому я просто плыву по течению жизни. Илья Сергеевич, наш тренер, говорит, что я могу играть лучше, но совсем не стараюсь. Он прав. Я не стараюсь.

Вчера тренер спросил меня, хочу ли я продолжать играть после школы профессионально и связать свою жизнь с хоккеем.

Играть в НХЛ – да. Выиграть Кубок Стэнли – да. Но всю жизнь бегать с клюшкой – нет. Я не знаю, чего хочу, поэтому ответил, что еще не решил. А он сказал решать быстрее, потому что пришло время определяться. И если я намерен играть и пробиться куда-то, мне нужно больше работать.

Самое время понять, чего хочу на самом деле. Люблю ли я хоккей, или это просто привычка и я не знаю другой жизни.

Наконец автобус приезжает на место. Я ожидаю толпу болельщиков, а точнее болельщиц, но никого нет. Смотрю на часы – мы приехали на полтора часа раньше запланированного. Прекрасно, не придется улыбаться и быть приветливым.

– Стрелецкий, сначала ты идешь к врачу на осмотр, а только потом домой, – напоминает мне Илья Сергеевич.

Я киваю и направляюсь в медицинский кабинет.

Спортврач осматривает меня, выписывает обезболивающие и отпускает домой со словами, что окончательное решение будет принято после результатов рентгена. Я молча удаляюсь.