Оно было по-прежнему ледяным.

Джейн хотела оставить его для церемонии, но Брейс возразил.

– Нам не стоит этого делать, – сказал он, снимая крышку чашки, в которой покоилось ухо. Передав крышку Джейн, он нагнулся и положил ухо в небольшую ямку. – Называется – «биологически несовместимо».

– Да, ты прав.

– К тому же ты всегда можешь захотеть им воспользоваться.

Джейн поморщилась.

– Ты, наверное, шутишь. Конечно, я ничего не имею против твоего гнилого старого уха, но не думаю, что могла бы заменить им нормальную пищу.

– Вы, женщины, такие брезгливые.

Она тихо засмеялась.

– Я уж точно.

Носком ботинка Брейс засыпал ямку.

– Пока, ухо.

– Пока, – присоединилась Джейн.

Брейс нежно погладил ее по спине. Он уже наизусть знал, какие ссадины доставляют ей наибольшее беспокойство, поэтому старался не дотрагиваться до них.

– Больше ничто и никогда не застанет нас врасплох, – тихо сказал он.

– И не говори об этом, – усмехнулась Джейн.

– А это еще почему? – удивленно посмотрел на нее Брейс.

– Потому что теперь ты всегда будешь припадать к земле ухом.

– Я этого не говорил, – засмеялся Брейс.

– Ну, так собирался.

– Если я такой чертовски предусмотрительный и предсказуемый – тогда что я собираюсь сказать дальше?

– Это нечестно. Если я угадаю, ты сразу начнешь все отрицать.

– Ты ведь помнишь – я никогда не лгу.

– Ага, ты соврал доктору и...

– Тебе – никогда.

– Да? Ну ладно, – улыбнулась Джейн, – так что же ты сбирался сказать?

– Это ТЫ должна угадать, – напомнил он.

– А. Ну, да. Ты должен был сказать...

– Что?

– Джейн, ты самая великолепная лапочка в мире, и я просто от тебя балдею.

Брейс засмеялся, покачал головой, а потом посмотрел ей в глаза. Улыбка исчезла с его лица.

– Джейн, ты самая великолепная лапочка в мире, и я просто от тебя балдею. – Вдруг его рот широко раскрылся, глаза округлились от удивления. – Господи! – выкрикнул он. – Откуда ты узнала, что я собирался сказать?

– Я тебя могу читать, как книгу, – сказала Джейн и потянулась к его губам.