С большим трудом углубился на метр под кладкой, руки дрожали и начали неметь от неудобного инструмента, но посмотрев на свой труд, остался доволен собой, что сумел справиться с тяжелой земляной работой.

И вот наконец дело закончено, облегченно вздохнув, он радостно обнял жену, закружил её, но от усталости чуть не упал вместе с ней, – подкосились ноги от полусогнутого, долгого нахождения в яме. Поставил её на место, взял в руки фонарь, решил посмотреть, что может находиться за проделанным им проходом, который вёл внутрь пещеры.

Просунулся по пояс внутрь лаза, – из мрачного подземелья сильно потянуло сыростью, луч от фонаря, пробивая светом часть пространства, растворялся во мраке.

– «Картина, прямо скажем не привлекательная», – прокричал он из темноты супруге.

Вышли на свежий воздух из грота, отряхнули одежду от земли и песка, начали совещаться, как им быть, вместе идти во внутрь горного тоннеля, или же только одному Ивану Алексеевичу.

Валентина Васильевна категорически настояла идти вместе, объясняя своё решение тем, что нужно страховать его внутри подземелья.

– Вопрос решён и Иван Алексеевич начал привязывать страховочную верёвку к поясу супруги, чтобы не потерялась в тёмных лабиринтах пещеры.

Перекрестились перед лазом, заползли на четвереньках в подземную расщелину, ощутив непроглядную тьму, окружающую их со всех сторон. И неприятный холодок страха предательски начал медленно шевелиться у них внутри, ставя под сомнения принятое ими решение обследовать это мрачное подземелье …

Конец 5 главы. Продолжение следует.

Глава 6. Приключения в пещере

Луч света, от фонаря Ивана Алексеевича, осветил стены пещеры, они были мокрые, но воды под ногами не ощущалось.

Начал понемногу продвигаться вперёд, внимательно, с большой осторожностью переставлял ноги, стараясь не наступать на скользкие, сырые камни, которые в большом количестве лежали на их пути.

Супруга прижалась к нему, темнота пугала её, но она старалась скрыть свои страхи, – шла молча, не показывая и не высказывая своей тревоги.

– «Валя, смотри под ноги, здесь одни камни», – предостерёг Иван Алексеевич супругу глуховатым от волнения голосом. – «Хорошо Ваня, я стараюсь, но мне не по себе, страшновато как-то здесь», – отвечала она взволновано.

Так они и шли, прижавшись друг к другу около получаса. Высота свода пещеры была метра три и ширина примерно столько же. При свете фонаря было хорошо видно, что стены и потолок пещеры были сырыми и в большинстве своём с зеленоватым оттенком, – пришли к выводу, что это водоросли, которые образовались здесь от влажности. – Иногда стены отсвечивали красновато – бурым цветом, – «скорей всего залежи железной руды», – вспоминая школьные уроки, подумал Иван Алексеевич.

С продвижением вглубь, россыпь камней уменьшилась под ногами. Пол пещеры был покрыт большим слоем влажной пыли, липнувшей к ботинкам.

– «Откуда здесь может быть вода»? – промелькнула мысль у него.

Более внимательней начал рассматривать свод и стены пещеры и увидел на самом верху подвесные коммуникации, похожие на трубы, рядом были проложены толстые провода, – это его сильно удивило.

Начал сосредоточенно присматриваться к стенам и в очередной раз убедился, что пещера, дело рук человека.

Бросались в глаза выровненные каменные стены, как будто специальной техникой сгладили все неровности.

– «Скорее всего, здесь уже была пещера, а её просто расширили по ширине и высоте», – размышлял он, фантазируя на ходу.

– «Вот только интересно, когда это делалось и кем», – вертелось в голове. Напрашивался вопрос, с какой целью могла быть построена такая большая горная штольня и для чего, – но вразумительных предположений не находилось, были одни догадки.

Шли молча, продвигаясь вперёд с надеждой, что в конце пути всё выяснится.

Темнота стояла такая, что становилось не по себе при выключенном фонаре.

В голову лезли тревожные мысли, что могут заблудиться, путешествие по мрачным катакомбам их начинало утомлять, как физически, так и душевно. Иван Алексеевич подумал о фонаре. – «Фонарь, с новыми батареями, может хорошо светить примерно четыре часа, из которых два часа с небольшим они уже использовали его, оставалось меньше двух часов стабильного света», – с неким огорчением рассуждал он, – «и, если за это время они не смогут выйти на освещенное пространство, наступит кромешная темнота». – «На ощупь по таким лабиринтам идти будет невозможно», – подытожил он свои печальные размышления.