— Значит так ты относишься к жизням невинных людей, Ворон...

Я снова бросился к нему, на этот раз значительно ускорив своё тело. Он не успеет увернуться! Катана устремилась в район его глаз, и он... просто поймал её.

Два пальца. Именно столько ему понадобилось, чтобы остановить мой удар.

— Кажется, ты ещё не понял, Измайлов. Может ты и силён... но я на совершенно другом уровне.

Открытая ладонь инквизитора ударила меня прямо в лоб. Так быстро! Я не успел даже почувствовать приближения его атаки.

Я сделал несколько неловких шагов назад. Чужеродная Аркана проникла внутрь моего разума, подавляя последние остатки моей воли.

Интерлюдия, Румянцев Влад

Всё прошло так, как он и предполагал. Измайлов был сильнейшим в этой академии, но ему крайне недоставало боевого опыта. Искра Гипноза Румянцева должна была полностью подчинить его в течение пары секунд.

"Свалить всё произошедшее на него не будет особой проблемой." — Подумал он, посмотрев на некромантку, поставившую барьер.

— Будьте благоразумной, девушка. Снимите барьер сами, иначе проблем не оберётесь... — договорить он не успел, почувствовав опасность.

С Измайловым творилось что-то странное. Его аура стала увеличиваться в размерах. Глаза изменили свой цвет, став темнее ночи. Лицо будто принадлежало другому человеку.

"Гипноз так не работает... что это с ним?"

Внезапно он заговорил, хотя никаких приказов инквизитор ему не давал:

— Придётся мне разобраться с ним вместо тебя, Александр. Но так даже лучше... этот выродок убил женщину, что была дорога мне. Такого я никогда не прощу.

Румянцев был в недоумении. Теперь он был уверен: его провели! Это был не Измайлов. Кто-то гораздо более могущественный сейчас контролировал тело темноволосого студента.

"Его уровень Ки... Учитель? Или же..."

Мысленно приказав себе успокоиться, он сразу же перешёл в атаку, намереваясь закончить всё одним ударом.

— Умри! — Его ладонь устремилась в район сердца Измайлова, намереваясь проткнуть его насквозь.

Тот даже не сдвинулся — просто поймал его руку на лету и с громким хрустом сломал.

"Больно!" — Он едва сдержал свой крик и вырвался, отпрыгнув на пару метров назад.

— Кто ты такой?

Александр, если это всё ещё был он, нахмурился.

— Как ты там сказал? "Не пытайся понять, почему волк убивает овцу?" Думаю, это примерно такой же случай.

— Ах ты... — Инквизитор задрожал, активируя все возможные источники своей Ки. По барьеру, окружавшему двоих соперников, пошли трещины.

Его противник вдруг перестал хмуриться и громко засмеялся:

— Наконец-то ты решил не сдерживаться, ублюдок!

Изменившийся Измайлов тоже встал в боевую позу, собирая свою Ки в причудливую форму. "Что он собирается делать? Хотя неважно, ему всё равно меня не победить." — Влад пытался себя успокоить, понимая, что ситуация очень сильно изменилась. Парень, тем временем, продолжал:

— Позволь же мне показать тебе особую технику... будь благодарен судьбе, что тебе удастся её увидеть. Не всякий мой враг заслуживал такую честь, но ты особый случай. Прими же свою участь, тварь! — Он развёл руки в стороны, а затем резко хлопнул, заставив свою Ки разлететься по всей области внутри барьера. — Утренний Дракон!

У него не было и шанса избежать этой атаки. Десятки плотных шаров из чистой внутренней энергии окружили его со всех сторон и одновременно начали лететь в его сторону.

Раздалась серия оглушительных взрывов, заставивших слабенький барьер некромантки лопнуть, как резиновый шарик. Когда дым от взрывов рассеялся, на земле лежало лишь бездыханное тело некогда помощника инквизитора-следователя.

Глава 24. Копьё Лонгина

Интерлюдия первая, вход в главное учебное здание академии "Аврора", Калинская Вероника

Она была лишь сторонним наблюдателем, не больше и не меньше. Руки, ноги, голова — всё её тело было марионеткой в руках кукловода. Да, только так можно было описать состояние, в котором она находилась с тех пор, как взяла в руки этот загадочный красный свёрток.

Вокруг была паника, студенты баррикадировали окна и двери, и она чудом успела выскользнуть наружу.

"Почему чудом? Скорее проклятьем. Я не хочу бежать в сторону опасности... но тело само туда идёт!" — Ей было обидно и очень страшно. — "Что же со мной будет?"