Вскоре, когда учебное здание оказалась на приличном расстоянии, и она очутилась в зоне общежитий, перед ней предстала странная сцена: стоял небольшой барьер, снаружи которого находилась Белкина, а внутри которого был Измайлов. Точнее, он там был не один: вместе с ним был знакомого вида человек с длинными золотыми волосами. Её тело остановилось, словно тому, кто ей управлял, тоже стало интересно.

Рядом с Александром в землю была воткнута катана, но пользоваться ей он не собирался. Он просто взял и хлопнул в ладоши, отчего внутренности барьера загорелись ярким светом и серия взрывов буквально разорвала его изнутри.

Когда дым рассеялся, она увидела, как Лера побежала в сторону темноволосого студента и поддержала его, не давая упасть. А вот златовласый мужчина был мёртв, это как пить дать. Вообще-то ей было даже жаль его, но её лицо почему-то начало улыбаться от радости. Голос, который раньше заставил её забрать свёрток из кабинета ректора, теперь зазвучал снова: "Отлично, незваный гость уничтожен даже без моей помощи. Но я всё ещё чувствую присутствие сотен враждебных порождений... Придётся использовать это тело на все сто процентов. Посмотрим, что у нас тут... всего лишь сила звёзд? Негусто, но имеем что имеем."

Она почувствовала, как чужеродная сила заполняет её Аркану.

Интерлюдия вторая, граница территории академии "Аврора", Бобров Василий

Преследовать. Рвать. Кусать. Ломать. Убивать.

Эти пять первобытных инстинктов сейчас превалировали в его голове. Такую силу и власть он никогда раньше не ощущал! Пугающие раньше кобольды стали для него лишь крысами, которых можно было раздавить одним ударом.

В него летели стрелы, огненные шары, копья. Его били мечи. Но ему было всё равно — он просто переключался с одного противника на другого, нанося кровоточащие раны своими лапами или отравляя врагов смертельным ядом из жала скорпиона. С несколько десятков кобольдов было убито им, прежде чем враги начали бежать от него в ужасе.

"Неужели... победа?" — Успел он подумать, прежде чем его поразила суровая реальность.

Он даже не почувствовал приближения врага. Всё, что он смог ощутить, это сильнейший удар в правое плечо. Как будто в него кинули куском железной балки! Его тело взлетело в воздух и жёстко приземлилось на землю, попутно сломав несколько костей. Регенерация в этом теле работала как надо, и он смог быстро вернуться в стоячее положение.

Огромная фигура кобольда переростка смотрела на него с нескрываемым восхищением. Молот, казавшийся обычным людям большим, для него был почти игрушкой.

"Нет времени думать! Я должен убить его прямо сейчас!"

Используя все свои силы, Вася, находясь в облике мантикоры, помчался прямо на своего врага. Когда между ними было около трёх метров, он прыгнул, пытаясь нанести вражескому лидеру глубокие раны своими когтями.

Противник даже не дёрнулся, аккуратно поймав его прямо за гриву, словно он был шкодливым котёнком.

"Это ещё не всё!" — Он извернулся прямо в его руках, позволяя скорпионьему хвосту нанести удар прямо в шею гиганта.

В ответ великан лишь засмеялся на своём странном языке. Не было похоже, что этот укол его как-то ранил — для него это был комариный укус, не больше. А затем он со всей силы ударил его прямо в живот, заставив пролететь с десяток метров назад.

Васю обуял страх. Точнее, страх обуял даже не его, а звериную натуру, сидящую в нём. Его тело начало возвращаться в нормальную форму. Вся одежда порвалась ещё при превращении в мантикору, поэтому он почувствовал сильный холод от осеннего ветра, который коснулся его голой кожи.

"Всё-таки... это было... бессмысленно."

Кобольды вновь начали своё наступление.

Зона общежитий

Голова была как в тумане: я не помнил ничего, что происходило в течение последних пяти минут. Лера помогала мне стоять на ногах, а инквизитор... то есть Ворон лежал на спине, не подавая никаких признаков жизни. От его одежды остались сплошные клочки, всюду была засыхающая кровь и частички мяса, оторванные от его тела.

"Эдгар... твоя работа?"

В голосе, который ответил мне, звучала усталость:

"Не благодари. Твоё тело всё ещё слишком слабое, чтобы принимать мою мощь полностью, но я сделал всё, что смог. В ближайшее время я не смогу повторить подобного трюка."

"Моё тело... я его не почти не чувствую."

Это было правдой. Дикая тупая боль гуляла от одной конечности до другой, не позволяя мне даже стоять без чужой помощи.

— Саша, ты как? — Белкина аккуратно усадила меня на плоский камень, который крайне удачно оказался рядом.