Одному народу всегда бывает трудно понять другой. Особенно если культурное наследие одного из них отличается от наследия другого самым кардинальным образом. Если бы знать больше, как жили анасази, о чем думали. Сохранилось множество вещественных доказательств их существования. Запросто можно увидеть воздвигнутые ими строения, начиная от землянок и кончая целыми дворцами, вырубленными в скалах. I До наших дней дошли кое-какие предметы обихода, глиняная утварь, инструменты и оружие. Но кто возьмет на себя смелость предположить, о чем они думали, возделывая кукурузу на своих полях? Что предопределяло их существование?

— У тебя есть нож? — прервал его размышления Галлафер. — Иногда бывает полезно иметь при себе нож…

— И это тоже имеется, — откликнулся Майк.

Галлафер пристально взглянул на него и как-то криво усмехнулся:

— Знаешь, иногда мне начинает казаться, что следовало бы тебя проверить, что ты там понабрал с собой…

— Тогда бы я ужасно обиделся, — заметил Раглан. — И возможно, просто убрался бы отсюда восвояси, оставив тебя наедине с приятелями Оттуда. Тебе представилась бы блестящая возможность бороться с ними в одиночку.

Шеф вернулся по крыше и теперь растянулся на полу У входа.

— Но что бы ты ни взял Туда, — миролюбиво сказал Галлафер, — очевидно, все будет весьма кстати. Твои шансы на успех могут возрасти, если, оказавшись там, тебе удастся связаться со старым ковбоем. С этим самым Джонни. Конечно, старик может не знать, как нужно действовать в тех условиях. Например, у нас здесь полно иностранцев и всяких путешественников, но обычно мы не обращаем на них особого внимания. А вот в таком месте, как Там… Что ты Там будешь есть, к примеру? Есть ли Там специально отведенные для еды места? Какие вопросы ты будешь задавать? Ты ведь не знаешь ничего — ни названий предметов, ни куда податься, чтобы что-нибудь выяснить.

Раглан согласно кивнул, а затем добавил:

— Источником существования для скальных жителей было сельское хозяйство. Хопи успешно занимаются земледелием в засушливых условиях, и у индейцев-хохокам существовала обширная сеть ирригационных каналов. Так что если за это время не произошло никаких кардинальных перемен, то анасази продолжали развивать ирригационную цивилизацию. Отсюда следует, что власть правителей у них должна быть весьма жесткой. Кто-то ведь должен держать в своих руках контроль над водой, следить, чтобы она распределялась должным образом. Все это само по себе уже наделяет большими полномочиями.

— А что же это за зло, о котором они говорят? По их словам, Третий Мир был воплощением зла.

— Я знаю об этом не больше твоего. Остается только Догадываться. Принятые в нашем обществе концепции зла являются результатами иудейско-христианской этики. В то же время их представления о зле могут оказаться совершенно иными. Так, майя и ацтеки, которых можно считать племенами, родственными этой народности, оправдывали человеческие жертвоприношения. Так что, перейдя на Ту Сторону, в одночасье можно угодить на жертвенный алтарь.

— Это уже твои проблемы, Раглан. У меня здесь своих дел по горло, — усмехнулся полицейский.

Забравшись в спальные мешки, Майк Раглан и Галлафер наконец расположились на ночлег. Однако еще довольно долго Майк лежал не смыкая глаз. Сон никак не шел. Он прислушивался к тишине и думал. Ночь выдалась безветренной и холодной. Снаружи не доносилось ни звука. Но Майк слышал, как Шеф время от времени вдруг начинает глухо рычать. Правда, рычал он не поднимаясь, во сне. Следовательно, поблизости не было никакой опасности.

На рассвете Майк, выбравшись из своего спального мешка, занялся приготовлением кофе. В это время с улицы в хижину вошел Галлафер.

— Решил осмотреться на местности, — пояснил он. — И на киву тоже взглянул.

— Ты успел больше меня, — сказал Майк.
– Я старался держаться подальше от того места.

— И ничего-то через то «окно» не видно, — продолжал Галлафер. — Может быть, там и есть что-нибудь, у самого края скалы.

— Пес проходил сквозь это «окно». Очевидно, Эрик тоже. — Раглан немного помолчал. — Послушай, Галлафер, а ты хорошо знаешь эти места? Нет ли здесь поблизости каньона, заросшего деревьями?

— Ты что, шутишь? — удивился полицейский. — Здесь вообще ничего не растет. Разве что кое-где редкие кедры да несколько тополей на дне пересохшего русла.

— Понимаешь, какое дело: если через «окно» в киве действительно открывается путь на Обратную Сторону. — рассуждал Майк, — то воспользоваться им означает попасть к «ним» прямо в руки. Но однажды мне довелось услышать, что существуют и другие подобные переходы. И один из них находится как раз в каньоне, где растет много деревьев. Я собираюсь разыскать именно это место.