— Гарри, забудь, — ласково повторил я. — Ты будешь говорить, кто виноват в том, что Иванова произвела на тебя такое неизгладимое впечатление?

— Адамсы, — после секундной заминки ответил он. — У нашего клана произошли разногласия с ними насчёт небольшой золотоносной шахты… В общем, причина к делу не относится. У нас в Содружестве — это обычное дело, когда пытаются влиять на клан через детей.

— И после этого нас называют варварской страной, — я покачал головой. Информация давила на мозг, и нужно было её систематизировать. А ещё у меня возникла острая необходимость позвонить. — Так, вот прямо сейчас у меня возникла потребность как-то допрыгать до туалета. Ты, если хочешь, лучше сходи заранее. Потому что неизвестно, сколько я буду оттуда выбираться.

— Я, если вдруг возникнет такая потребность, могу выйти в коридор и воспользоваться другим сортиром. — Хмыкнул Гамильтон. — Ты обещал открыть мой источник.

— Ах да, точно, — больше всего мне хотелось сейчас свернуть ему шею. Но вместо этого я призвал свой дар.

Найти закупоренный источник было нетрудно. Благо у меня был в этом деле большой опыт, да и источник с подобными характеристиками в палате был всего один. Сосредоточившись, я подцепил нитью дара пломбу, которая для меня выглядела, как тонкая перламутровая плёнка. Осторожно сняв её, отбросил в сторону, ещё пару секунд понаблюдав, как плёнка растворяется в каналах, заполняющихся энергией. Ну вот, могу же точечно работать, когда захочу и сосредоточусь.

— Как ты это делаешь? — спросил Гарри глухо. — Откуда у тебя этот дар?

— Не знаю, — я покачал головой. — Надеюсь, что когда-нибудь пойму.

Вообще-то, незнание откуда у меня появился такой оригинальный дар нисколько не мешало им пользоваться. Но, узнать было бы всё-таки интересно.

Спустив ноги с кровати, попытался встать. Повреждённое колено сразу же прострелило болью. Ага, кажется, обезболивающие перестали действовать. Ничего, Денис и Егор учили преодолевать не слишком сильную боль. Главное, не сорваться, и не направить поток дара к больному месту. А то что-нибудь оторву на этот раз и не замечу.

Санузел был оснащён звукоподавляющей системой. Матрица располагалась прямо над дверью, и была хорошо заметна. Сделано это было специально. Чтобы особо тупой понял, что тебя никто не услышит, и нужно в случае нужды нажать вот на эту кнопочку, на которую стрелочка показывает, чтобы вызвать персонал. Кнопка вызова, кстати, дублировалась ещё и внизу. Ну, это на тот случай, если больной завалится. Чтобы не тянуться.

А сама звукоизоляция была сделана для того, чтобы не смущать соседей по палате, если на обед тебе, к примеру, горохового супа принесли.

Но мне подобная система была на руку. Не надо было включать воду и как-то ещё шифроваться. Поэтому, просто сев на унитаз и вытянув больную ногу, я достал телефон.

Первым набрал номер Матвея.

— Ты в курсе, что посольства собирают информацию на всех учеников нашей школы? — сказал я сразу же, как только он взял трубку.

— Это логично, я бы тоже так поступил, — Подоров говорил, как всегда, спокойно и размеренно. — А что тебя возмущает? Вы с братом, да и другие дети, включая Ваньку, слишком важны для правящего клана и приближённых, чтобы терять вас из вида.

— А приставлять к нам соглядатаев уже внутри, это как называется? — я не хотел этого говорить, но не удержался. Слишком много на меня навалилось за неполные сутки.

— Понятно. Ты не спал и слышал наш разговор с Ольгой, — Матвей констатировал, а не спрашивал. — Ну, что же, теперь ты знаешь и постараешься держать при ней язык за зубами. Это всё?

— Кто-то ещё тебе докладывает из сироток? — зло проговорил я.

— Андрей, ну, неужели ты думаешь, что я скажу, — я так и видел, как Матвей глаза к небу поднял.

— Нет, я так не думал, — на мгновение убрав телефон от уха, приложил его к горячему лбу. Прохлада аппарата успокаивала, и я мог продолжить разговор уже без надрыва. — Насчёт Ольги. Наш гость из Содружества абсолютно серьёзно рассматривает вариант предложить ей стать его содержанкой. С вознаграждением и всё такое.

— Хм, — Матвей действительно задумался, когда это услышал. — Интересное предложение.

— Матвей, не надо этого делать, — я полностью успокоился. И теперь говорил ровно и холодно.

— А, собственно, почему? Тем более что решение будет принимать Иванова. Я не собираюсь на неё давить. Не тот случай. — Вот сейчас я не мог дать ответ. Не знаю почему. Не понимаю, что меня в этом так вымораживает. — Ты сейчас с Гамильтоном? Он тебе что-то сказал?

— Сказал, — я снова приложил телефон ко лбу. Похоже, у меня температура поднимается. Вот только этого мне и не хватало. — Какие-то недопонимания с кланом Адамсов.

— Я это предполагал, — задумчиво произнёс Матвей. — Больше он ничего не сказал?