— Что происходит, Петь?! — тревоги в голосе Ани прибавилось. Сказывается, что девушка практически не летала на самолетах, особенно в такую погоду.

— Всего лишь гроза… — улыбнулся парень, стараясь приободрить свою девушку. — Не переживай, это вполне обыденное явление…

— Уверен?!

— Надеюсь… — реальной уверенность у него не было.

* * *

— Макс?! — в глазах Яны появилось волнение. — Мы в грозу влетели?!

— Похоже на то… — кошу глазами по иллюминаторам, пытаясь понять, в какую ж… мы влетели.

— Не было печали… — Юля решила не унывать раньше времени.

— И не говори… — улыбаюсь девчонкам, пожимая им руки. Увы, сделать что-то еще, будучи пристегнутым по всем правилам, не так-то просто.

— Ладно, ждем… — через силу улыбнулась Яна.

* * *

— Опять в грозу летим… — ворчит Вовка. — Сколько можно-то?..

— Не в первый раз у тебя?! — понимающе спрашивает Марина.

— Где мы только не летали… — ушел от вопроса парень. — Не переживай, все будет хорошо!

— Надеюсь… — вот только уверенности в голосе девушки не было.

* * *

Кабина пилотов самолета «Як-42», бортовой номер… рейс «Саратов-Адлер»

Тот же день и время

— Степан Игоревич, свяжись с Землей… — встревоженным тоном говорит бортмеханик Иван Петрович. — Не нравится мне этот грозовой фронт… Почему они не предупредили?!

— Сейчас… — первый пилот занят управлением. — Лешенька, запроси диспетчера, пока я тут с болтанкой борюсь…

— Диспетчер, это борт… — вызывает Землю второй пилот, — попали в серьезный грозовой фронт. Прошу уточнить метеосводку.

— Борт… это диспетчер. Какой еще грозовой фронт?! У нас нет такой информации… Возможно, что-то локальное… Продолжайте движение, мы сейчас все уточним…

— Слышали? — восторженным тоном говорит Лешенька. — Это что-то локальное…

— Думаешь?! — явно не согласны с ним более опытные «летуны». — Что-то непохоже вот это… на локальное…

Небо прямо по курсу было практически черным и пестрело молниями, буквально разрывающими его на части.

* * *

На борту самолета «Як-42», бортовой номер… рейс «Саратов-Адлер»

Тот же день и время

— Макс, посмотри в окно на той стороне, — от волнения Юля забыла, чем окно отличается от иллюминатора.

— Юль… — только хотел ее поправить, но бросил взгляд в указанном направлении… — Что это?!

За окном как будто разлили чернила… Над Черным морем было воистину черное небо… Вот только оптимизма эта страшная картина не внушала, скорее наоборот, вызывала первобытный, животный страх.

* * *

— Советник, а ты в своем мире много летал?! — я решил прибегнуть к «звонку другу».

— Бывало… — уклончиво ответил «внутренний голос».

— Попадал в подобные ситуации?!

— Ты про погоду за бортом? — подчеркнуто бодро уточнил баритон. — Так там пока ничего страшного нет…

— В смысле?! А вся эта чернота и молнии?!

— Они же где-то далеко… — «успокоил» Советник. — По корпусу пока не лупят, самолет летит ровно, ветром его не сносит… Опять же, дождя или града нет…

— Спасибо, успокоил… — чуть не выругался я.

— На самом деле пилоты стараются не влезать в грозовой фронт без серьезной причины, а облетают стороной. По крайней мере, наши…

— Понял…

— А вот что будут делать местные летчики и по какой причине — это вопрос вопросов…

— И не говори…

* * *

Откровенно говоря, Советник меня ни разу не обнадежил. Конечно, хорошо, что он уверен в профессионализме наших пилотов, но… Как-то не по себе, когда видишь за бортом такое… и ничего не можешь сделать, только наблюдать… и надеяться на светлый разум тех, кто отвечает сейчас за наши жизни. Причем, в прямом смысле…