— Знаю. То есть мистер Гевин сообщил, что вы уезжаете. Он не верит, что вам повезет.

— Посмотрим. — Оррин помолчал, а потом добавил: — Надеюсь, что вы найдете своего брата и что все у вас наладится. Помните, мы будем южнее вас и, как только соберем стадо, направимся на Запад вдоль реки Саут-Саскачеван.

— Разве стадо потерялось не в Дакоте?

— На границе, — ответил он. — Нам понадобится несколько дней, чтобы снова собрать скот.

Когда он причесывался перед ужином в своей комнате, внезапная мысль поразила его. Откуда Кайл Гевин узнал, что он уезжает? Он же пока не собрал все припасы и не нанял достаточное число людей.

Наверное, это просто догадка. Удачное предположение.

Утро выдалось ясное, только несколько розовых облачков парило в небе. Ветер гнал волны травы впереди них, но его завывание тонуло в скрипе несмазанных дубовых телег.

Верзила Хани ехал рядом с Оррином.

— Боюсь, твои усилия пропадут даром, Сэкетт, — говорил он. — Тебе когда-нибудь приходилось собирать разбежавшееся стадо? Его теперь днем с огнем не сыщешь.

— Знаю, будет нелегко.

— Большую часть времени нам придется работать в одиночку. Как раз то, что надо индейцам.

— Мы будем работать по двое, — возразил Оррин. — Меньше времени уйдет, чтобы заарканить корову. Если нарвешься на неприятности, действуй по своему усмотрению. Деритесь, если необходимо, но если удастся, бегите и как можно дольше держитесь вместе. Не хочу, чтобы кто-нибудь оставался один, если только он не мертв.

Оррин оставил своих попутчиков, опередив их по крайней мере на милю. После печального известия о братьях уже не было времени побыть одному, не было времени скорбеть, думать. Он только срочно принимал решения и занимался неотложными делами.

Они погнали стадо на золотые прииски, потому что Логан Сэкетт дал такое обещание. Оно должно быть выполнено. Логан все еще был в беде, а Сэкетты не могли отказать ему в помощи.

По слухам, его братья погибли. Он не верил в это, хотя все могло быть правдой. Люди умирали каждый день, а его братья не были застрахованы от смерти, как и их отец.

Теперь он должен пойти на риск, если возможно, собрать стадо, найти и похоронить тела братьев. Он не мог позволить себе такую роскошь — горевать и отчаиваться. Решительно прогнав мрачные мысли, Оррин обратился к насущным проблемам. Теперь, когда дело пошло, он мог немного подумать.

Он ехал один — он и конь, да еще стук копыт и шум ветра.

Убиты — Телль и Тайрел! Он не мог с этим смириться, даже на минуту, Телль был настоящим старшим братом — сильным, спокойным, уверенным. Он мало говорил, даже по сравнению с Тайрелом, которого считали самим безмолвием, уж не то, что он, Оррин, унаследовавший общительность от уэлльских предков.

Он помнил тот день, когда Телль, будучи еще подростком, отправлялся на войну. Они жили в горах Теннесси и поддерживали Конфедерацию, но Телль сказал:

— Мама, я пойду на войну и буду воевать за Соединенные Штаты.

— За Штаты, сынок?

— Да, мама. Это мой долг. Наши предки положили жизнь, чтобы создать эту страну, и я не могу оставаться в стороне. Это наша страна, целиком и полностью, а не только Юг. И многие ребята в Кентукки и Теннесси думают так же.

Он уехал ночью, по старым индейским тропам, которые знали только горные поселенцы, и каким-то образом миновал Огайо, а потом был зачислен в Шестую кавалерию. Он мало рассказывал о войне, и если встречал кого-то из своих на поле брани, то не выдавал их.

Когда все закончилось, он остался в армии и дрался с индейцами, но потом расстался с полком и стал перегонять скот. Он прошел всю страну вдоль и поперек, прежде чем их дороги снова сошлись на Западе. Телль так и не вернулся в Теннесси, что всех удивило в семье, а ведь его ждала девушка, за которой он ухаживал еще до войны.

Тайрел, самый молодой из братьев, уже женился и владел ранчо, часть которого получил в качестве приданого жены. Ему удалось уберечь хозяйство от разорения во время войны, и теперь он был обеспечен лучше других братьев. Он имел хорошие земли, скот, но на данный момент задолжал деньги, поэтому экспедицию на Север считал выгодной.

Местность, по которой ехал маленький отряд, хорошо просматривалась, и все же попадались низины и луга, и приходилось постоянно быть начеку. Встречались по дороге и болота, и небольшие озера, окруженные плотной стеной кустарника. За пару теплых дней все вокруг изменилось до неузнаваемости. Трава только что появилась, но быстро вытянулась и стала уже достаточно длинной, чтобы окрасить холмы в яркий весенний цвет. Мелькавшие повсюду полевые цветы: колокольчики, дикая петрушка, желтая фиалка — расцветили зеленый ковер и наполнили воздух тонким щемящим ароматом.