— Тише, тише. — Марий погладил питомицу по шее. — Роза?

— Защитное поле испытывает давление, — коротко бросила юная волшебница, быстро делая записи. — От сырой магии. Пока всё хорошо. Обереги держат.

Они сделали три круга над крепостью, четыре, пять. На шестом Роза отложила стило и выругалась под нос. Сказала:

— Вниз и в сторону, Марий. Остальные знают, что делать.

Жабка легла на крыло, забирая к юго-западу от крепости. Жанна спросила:

— Нашли что-то?

— Да. — Девушка потёрла лоб тыльной стороной ладони. Её глаза слезились от холодного ветра и напряжения. — Пока рано делать выводы, но… кружа под шрамом мы постоянно пересекаем направленные потоки магической энергии. Одни идут вверх. Другие вниз.

— И-и? — протянула гвардеец.

— Шрам — дырка в материи нашего мира. По другую его сторону эфирный план, родина демонов. — Роза вздохнула, куснула большой палец, затянутый в плотную кожу перчатки. — Магическая энергия из нашего мира постоянно утекает туда, как вода. Но оттуда энергия также поступает в больших количествах. Потоки циркулируют. Возможно… возможно это и есть причина, по которой дыры до сих пор не закрылись сами собой. Им мешает непрерывная циркуляция энергии.

— И вы знаете, что с этим делать?

— Нет. — Роза опустила веки, но белый шрам никуда не исчез. Его сияние было мягким, гипнотическим. И всё равно оно жгло девушке глаза. — Но не волнуйся. Наука так работает. Сперва ты не знаешь, потом ищешь, и в итоге узнаёшь.

Стоило Жабке удалиться от шрама, как остальные ящеры последовали за ней. Маленькая стая образовала клин, взяла восточнее, намереваясь обогнуть руины крепости по широкой дуге. Крик зелёной драконицы застал Розу врасплох — девушка дёрнулась, ударилась спиной о грудь Жанны. Жабка закричала снова — высоко, по-птичьи. Ученица некромага знала, что этот крик означает — питомица Мария увидела незнакомого дракона. Но где?

Рыцарь уже вертел головой, высматривая угрозу. Наконец, ткнул пальцем:

— Смотрите! Там!

Теперь увидела и Роза. Далеко к северу, под самыми облаками, двигался клин чёрных точек — семь штук, в чётком строю.

— Пекло, — пробормотал Марий. — Не может быть.

— Что такое? — Роза схватила его за плечо. — Это королевские драконы? Откуда они тут?

— Не королевские. — Юноша мотнула подбородком. — Смотри. Замыкающие летят выше остального строя. Два передних дракона держатся вплотную к ведущему.

— И что?

— Это… это имперское построение, Роза, — севшим голосом объяснил рыцарь. — Так летают имперцы.

— А я-то думала, чего нам ещё не хватает, — фыркнула Жанна. — Конечно. Имперцы.

Пару секунд Роза лихорадочно размышляла. Затем выдохнула сквозь зубы, велела:

— Марий, летим туда. Осторожно.

— Если они нас заметят…

— Сигналь остальным — ночное исследование отменяется, немедленно возвращаться в Теллье. Мы их догоним. Лети туда.

— Понял, — кивнул рыцарь.

Впрочем, слишком сильно рисковать им не пришлось. Уже считанные минуты спустя движение на земле стало заметно невооружённым взглядом. Имперская армия тянулась чёрной извилистой лентой, конец которой терялся где-то в Ничьей земле. Издали войска сливались в сплошную массу, но подзорная труба позволила разглядеть пёструю россыпь знамён и блестящих золотом значков, колышущихся над головными полками. По флангам строй прикрывали отряды всадников, за пехотой тянулись пушки и обозы.

— Всё, поворачиваем, — решил Марий, когда замеченная ими стая имперских драконов изменила курс, явно намереваясь пролететь над разрушенной крепостью.

— Да. — Роза опустила трубу, уперев её в бедро. — Возвращаемся. У нас есть новости для наставницы. И… я не знаю даже, огорчат они её или обрадуют.

«...беседуя с этим мальчиком, я вдруг поняла - а ведь он родился уже после Всесожжения. Мир до катастрофы для него даже не воспоминание, а просто россказни стариков вроде меня. Счастливый ребёнок. Предназначенный ему леденец я съела сама. Счастья мне это не принесло, но почему-то всё равно стало легче». Королева-Искательница, «Из пламени упавших звёзд», глава 8.

Конец первой части.

Часть вторая.

Пепел и власть

«В теории всё всегда хорошо. Ты строишь теорию, веря, что она рабочая. Потом ты начинаешь её реализовывать, и оказывается, что ты чего-то не знал, что-то не так понял, и чтобы теория работала, тебе надо выламывать куски из твоей стройной конструкции, заменять их грубыми кустарными аналогами, сшивая оставшиеся элементы в новом порядке, и пытаясь понять, что ты сделал неправильно. Так вот, к чему я это — в теории все мы хорошие люди, и стремимся к добру…» Королева-Искательница, «Из пламени упавших звёзд»