— Угу.

Могу собой гордиться: мой голос прозвучал совершенно нормально.

— Но мы тебя не торопим, — заверил Джек. Он спал в гостевой комнате по соседству со мной и Ти. Я задумалась. Похоже, все беспокоятся за малыша, поэтому бдят по очереди.

Ларк сощурила глаза.

— Так, стоп, ты что, опять вернулась к этому приёму со жгутом?

Да! Но даже жгут не спасал от боли. Замок вновь стал моим аппаратом ИВЛ. Я питалась лотосами и делала вид, будто Арик уехал пополнять наши запасы. С минуты на минуты его шпоры зазвенят в коридоре. Я частенько поглядывала на дверь, ожидая его появления.

И не только я: наш малыш постоянно искал его глазами. Что-то заставляло Ти просыпаться каждый раз в два часа ночи. Он охотно тянул ручки, а когда Арик так и не приходил, Ти начинал плакать.

— Я в порядке, Ларк. Я готова.

Цирцея поднялась со своего места.

— Тогда решено. Мы проводим тебя до кабинета.

Ого. Они поверили мне.

— Отлично.

Я встала со стула.

В полной тишине мы вышли из кухни и направились по коридору. Я переживала, что замок пострадает из-за землетрясения, но Арик оказался прав — здание осталось целым. Лишь пара трещин образовалась то тут, то там. Чуть съехавшие картины легко было вернуть на место.

А вот обитатели замка пострадали куда сильнее.

Перед дверью кабинета я сказала:

— Дальше я сама.

Они нервно переглянулись.

Ти в руках Джека произнёс «агу» и нахмурился, растерявшись при виде напряжённых улыбок окружающих.

— Pequena, мы можем остаться и поддержать тебя. — Сол ласково улыбнулся мне. — Я умею держать за руку, как никто другой.

И тут же прикусил губу, вероятно, подумав что-то вроде: «Смерть мог бы держать её за руку, imbecil». Они все ходили на цыпочках вокруг меня. Как по минному полю.

Не надо!

— Я в порядке, правда.

— Тебе не обязательно делать это прямо сейчас, — продолжал настаивать Джек. — Ещё слишком рано.

Ларк внимательно следила за моей реакцией.

— Послушай, Эви, мы понимаем, как тебе непросто...

Сказала та, что так смело отпустила почти весь свой зверинец на волю, чтобы все звери могли участвовать в размножении. Она оставила при себе только своих фамильяров, нескольких лошадей и скот для пропитания, но всем остальным предстоит удивительная — и опасная — жизнь на свободе.

Титан остался. После смерти Арика призрачно-белая шерсть красноглазого скакуна вновь стали обычными серыми. Когда-нибудь Ти будет кататься на этом коне.

— Поговорим позже, ребят, — бросила я через плечо, заходя внутрь. — Я найду вас, когда закончу.

И закрыла за собой дверь.

Оставшись одна, я окинула взглядом кабинет. Пальцы невольно потирали медальон. Много мест в замке были богаты на воспоминания — моя башня, где я разрисовала стену; моя танцевальная студия, где Арик подарил мне балетные туфли, и, разумеется, наша общая спальня, но эта комната больше всего напоминала о нём.

Я осматривала бесценные реликвии, внезапно поймав себя на том, как мечтательно улыбаюсь. В один из первых случаев, когда Арик пустил меня в свою святыню, я махнула на короны и скипетры и пошутила, дразня его:

— Признайся, ты носишь их, когда никто не видит. Играешь в теннис скипетрами?

— Нет, Императрица. Не играю.

— Можно мне? Можно мне?

Сдерживая улыбку, он сказал:

— Нет, Императрица, нельзя...

Мы постепенно влюблялись друг в друга... Это нельзя было предотвратить, нельзя было остановить, это было подобно водопадам, что есть и на его, и на моей карте.

Моё внимание переключилось на его коллекционные книги. Однажды, занимаясь любовью, мы случайно сбили их с полок, и он, смеясь, крикнул: «Пусть падают!»

Я перевела взгляд на поднос с водкой. Одна рюмка осталась на столе рядом с хрониками. Должно быть, он выпил стопку прошлой ночью. Пустая рюмка больше никогда не будет наполнена.

Я прошлась вдоль ряда огромных готических окон. Он частенько стоял у них, пока его изощрённый ум выстраивал новую стратегию.

Я выглянула посмотреть на залитый солнцем пейзаж вокруг замка и мысленно представила возвращение Арика. Вот-вот я увижу его, с прямой спиной скачущего на коне после долгой дороги. Он снимет шлем и помашет мне, его глаза засияют светом звёзд.

Мои фантазии были настолько яркими и живыми, что я едва могла отличить их от реальности.

Мой разум играл со мной в странные игры в замке Леты, и я уже не могла без них обойтись. Особенно когда вернулась к столу Арика и открыла его хроники, чтобы прочитать письмо.