Почему?

– Пока что тебе нельзя спать лежа. Максимум – отклониться на сорок пять градусов. Сильно болит?

Мне нельзя спать лежа?

– Нельзя. Доктор сделал небольшую операцию, и…

Сделал операцию?

– Да, на плече, на сухожилии. Она прошла успешно. Он наложил повязку и велел ее не снимать. Ты полностью поправишься, никаких следов не останется.

Что-то я совсем не чувствую плечо, говорю я. Уже не чувствую. Наверное, онемело.

– Тебе ввели лекарство. Придется принимать таблетки в течение следующей недели. Может, чуть больше. Таблетки у меня. Как ты себя чувствуешь, Джуниор? Ты в норме?

Хочу пить, но в остальном все хорошо.

– Рад слышать. Нам предстоит много работы.

Грета возвращается со стаканом воды и подает его мне.

– О чем говорили? – спрашивает она.

Я смотрю на нее, но она смотрит на Терренса.

– Немного рассказал Джуниору, что случилось, – отвечает он. – Про его травму.

Так, значит, заживет без проблем? Спрашиваю я после того, как с удовольствием отхлебываю щедрый глоток воды. Мое плечо, имею в виду.

– Заживет, не волнуйся. Если будешь отдыхать и не перенапрягаться, скоро вернешься в форму.

Не знаю, получится ли заснуть в этом кресле.

– Вот и узнаешь. Вдруг наоборот спать будешь крепче. Тут, наверное, даже попрохладней, чем наверху.

Извините, конечно, но я до сих пор не понимаю, почему вы сейчас здесь, говорю я, пытаясь сесть, но дергаюсь от боли. Я ценю вашу заботу, но сейчас мне нужно восстановиться. И, кажется, предполагалось, что я должен провести это время с Гретой наедине; это наши последние дни вместе…

– Ты знал, что тебя могут выбрать, уже несколько лет, Джуниор. Наедине ты провел со своей женой годы. Провел с ней столько драгоценных минут. А теперь надо работать. Все будет хорошо, обещаю. Ты исполнишь свое предназначение.

Но у меня серьезная травма. Вы же сами сказали. Разве это ничего не меняет? Мы можем немного притормозить?

– Боюсь, график не позволит.

Ну и как мне тогда избежать стресса и неудобств? Интересуюсь я.

– Я постараюсь не мешать. В этом, собственно, состоит моя задача. Быть незаметным. Ассимилироваться. А также мы будем продолжать интервью. И у тебя останется много времени для себя. Я ничего не собираюсь от вас требовать. Я здесь, чтобы наблюдать.

Наблюдать за чем?

Я чувствую, как Грета подходит к креслу, и мне становится легче.

– Мы все обсудим.

Просто скажите, что вы имеете в виду, говорю я, потирая плечо. За чем вы будете наблюдать?

Он проводит языком по верхним зубам и сияет своей улыбочкой.

– За тем же, что и раньше, – говорит он. – За тобой.

Ситуация повторяется, она мне знакома, но мне очень неуютно. Мы втроем – я, Грета и Терренс – сидим в гостиной. Терренс обещал все разъяснить, подробно рассказать, зачем он приехал и что будет дальше. После моего требования. Хватит ходить вокруг да около; хватит с меня непонятных намеков. Я не в настроении выслушивать туманные объяснения.

Терренс почему-то очень возбужден, взвинчен.

– Джуниор, ты скоро улетишь. Это точно. Генриетта, мы сделаем все, что в наших силах, чтобы вернуть его тебе в целости и сохранности, чтобы вы продолжили вашу совместную жизнь после его судьбоносного приключения. Вы расстанетесь, но ненадолго.

Мы с Гретой переглядываемся, а потом смотрим на Терренса. Теперь ее очередь. Я жду, что она задаст очевидный вопрос: как долго меня не будет? Но она не задает. И меня это беспокоит.

Терренс продолжает.

– Освоение сопряжено с определенным риском, но твоя безопасность и здоровье у нас в приоритете. Я не устану это повторять. Еще на первых этапах было решено, что халатность в нашем деле недопустима. Забота о победителях лотереи для нас на первом месте; она важнее любых исследований и результатов. Ты должен мне верить, хорошо? Я говорю тебе это как друг.

Вы мне не друг, думаю я.

Но говорю: меньшего я и не ожидал. Вы гарантируете мою безопасность. Но я больше волнуюсь за Грету, чем за себя.

– Естественно. Когда я говорю о благополучии, я имею в виду не только тебя, Джуниор. Лететь тебе, но для нас вы оба в равной степени участники проекта. Вы – семья. Твой отъезд повлияет на Грету так же сильно, как и на тебя. Это командная работа. Ваше общее благосостояние – обязательство, которое мы полностью принимаем на себя и обещаем относиться к нему со всей серьезностью.

Все понятно, говорю я, так к чему вы ведете?

Грета нервно ковыряет ногти – плохой знак.

– Когда ты уедешь, каждый из вас столкнется со своими проблемами. Генриетта – тоже наша ответственность.