Выпив два стакана холодного апельсинового сока, направляюсь в кабинет Дамианиса.

Леон поднимает голову, неторопливо скользит взглядом по моему лицу и опять погружается в бумаги.

— Может, проведем время вместе? — предлагаю я. — Только за пределами спальни.

Вид серьезный, лоб нахмуренный. На меня — ноль внимания.

— Ты вообще-то так слечь можешь. А я даже не знаю, что с тобой тогда делать. Долго ты не протянешь в таком ритме. Про предынфарктное состояние после нашей встречи в клубе напомнить?

Леон все же отрывается от работы. Встает из-за стола и идет к стеллажам с книгами. Внимательно изучает корешки переплетов, а потом берет какую-то в мягкой обложке и протягивает мне.

— Справочник по оказанию первой медицинской помощи? Ты серьезно? — хмыкаю.

— Вполне, — произносит он с полуулыбкой.

Когда Дамианис в хорошем расположении духа, он много шутит и почти не выводит меня из себя. Однако хорошее расположение духа у него лишь тогда, когда он полностью расслаблен. А расслабляет Леона секс. Впрочем, не только его.

— Кстати, за все время, что здесь нахожусь, я ни разу не взял в руки сигарету и почти не пью алкоголь. Это разве не положительные моменты? Почему о них ты ничего не сказала? Откуда эта стойкая привычка замечать только плохое?

— Ты практически не выходишь из своего кабинета. Это самый настоящий трудоголизм. Не видно, куришь ты здесь или пьешь, а следить за тобой через кнопочный телефон, который мне купила Зифа, не получится.

Леон опять улыбается, возвращаясь в кресло.

— Так что насчет прогулки? Ты обещал свозить меня в парк и показать черепах.

Ловлю на себе взгляд Дамианиса. В нем нет привычной строгости, я еще никогда не видела на лице Леона такого удовлетворенного и безмятежного выражения.

— То есть двух черепах, которых ты сюда заманила и откармливаешь, тебе мало? Надо еще? Литературы на эту тему у меня на полках не найдется. Узнай в интернете, как земноводные размножаются, и к тебе самой будут приезжать на экскурсии.

— Ха-ха. Очень смешно, — бурчу, садясь в кресло напротив. — Отвлекись, пожалуйста, от работы и поговори со мной.

— А я чем занимаюсь? — уже откровенно смеется Леон.

Раздраженно закатываю глаза.

— Ладно. — Он стирает с лица веселье. — Вечером нас пригласили на ужин. Там с кем-нибудь и поговоришь. Зифа и Ганонг собираются за продуктами, можешь поехать с ними. Прогуляешься по острову и заодно пройдешься по магазинам, купишь себе на вечер что-нибудь из одежды.

Невероятно... У Леона здесь есть друзья?

— А к кому нас пригласили? — Мной завладевает искреннее любопытство.

— На остров прилетел один мой знакомый, вместе с семьей. Тоня, у меня все, надо работать. — Он снова утыкается в ноутбук и включает игнор.

Но я не намерена отступать. Не то чтобы я кардинально изменила свое мнение насчет Дамианиса, днем все так же частенько хочется убить этого наглого засранца. Но вот ночью... Ночью пусть живет и наглеет, сколько ему угодно.

— Интересно, если бы из-за смены часовых поясов разница во времени была больше, как бы это отразилось на твоей работоспособности?

— К чему этот вопрос?

— Просто так, — пожимаю плечом.

— Ты и просто так? Твои мозги похожи на компьютер, Тоня. Навык выстраивать логические цепочки отточен до уровня привычки.

Леон смотрит на меня в упор. Все-таки попался на крючок.

— Постой... Хочешь, чтобы я опять тебя трахнул?

Щеки моментально заливает краской смущения от его проницательности. Именно об этом я и думаю. Постоянно! Но ни за что не признаюсь в этом Дамианису. Или признаюсь. А что такого? Он в моей зависимости напрямую виноват!

— Может быть... — произношу загадочно. — Этот остров, отсутствие опасности и угроз, твоя нежность и страсть... Сейчас мне все нравится. Но есть одно но. Это ведь всего лишь красивая иллюзия. У нашей связи нет будущего, и кому-то по итогу будет больно. Мы оба знаем кому. Вожак стал таковым, потому что освободил себя от обязанности советоваться с другими, как ему поступать. Ему нет необходимости кому-либо подражать, думать о чьих-то страхах, он всегда знает, что делать, не боясь за результат. Меня интересует, к какому результату стремишься ты.

Леон как ни в чем не бывало продолжает смотреть на меня, но заметно, как дергается его кадык и напрягается тело. Ну не думал же котяра, что отвлекающими маневрами, — будь то трах до потери пульса или лишение моих мозгов ежедневной умственной нагрузки, — заставит меня растерять интеллектуальный потенциал?

— Предполагаю, Маршалл увеличил твой долг. Или у вашей с ним сделки новые условия, поэтому тебе и приходится работать в два раза усерднее. А на острове ты меня держишь, чтобы враги не могли добраться и чтобы самому время от времени спокойно приезжать и трахать меня, не думая об опасности. Я что-то вроде тайной любовницы. Которая всегда ждет и готова принять. Не хочу выглядеть в твоих глазах кричащей истеричкой, швырять в тебя все, что попадется под руку, но то, чем ты занимаешься, Леон, называется «эмоциональный терроризм». Ну и еще физический. Если от второго я получаю кайф, то от первого воротит. Я вовсе не дура и понимаю, что происходит. Когда говорила, что мы будем на равных, я имела в виду, что долг могу отработать, находясь в команде и занимаясь делом, а не изображая из себя декоративную вазу на твоей шикарной вилле. Если необходимо всесторонне развиваться и учить языки, читать классику — пожалуйста. Я готова. Но взамен хочу определенности и хоть каких-то прав. Не так уж и много, согласись.