— Зато я тебя что-то не припоминаю! — слукавил Ратибор, ибо тоже вспомнил Светозара, но вида не подал. — А хочешь, я вместо копий твою харю сломаю с одной плюхи? — рыжий гигант бросил пику с повисшим на ней незадачливым стражником и сам, в свою очередь, бегло осмотрел Светозара. Оценив габариты стоящего перед ним противника, Ратибор нутром почувствовал, что это может быть интересно. Чем оппонент здоровее, тем яростнее у него разгоралось желание, исходившее из самого его естества, обломать такому рога. Молодой богатырь не без веских на то оснований считал себя очень сильным человеком и не любил, когда рядом с ним находился кто-то, кто мог оспорить его превосходство. Яромир не в счёт, он лучший друг…

— Было бы любопытно проверить, сдюжишь ли… — Светозар встал перед Ратибором и спокойно вперился тому прямо в очи.

Он так же, как и его оппонент, на интуитивном уровне ощущал несокрушимую ауру стоящего перед ним противника. Понимал, насколько тот силён и опасен и что уступает ему в этой первобытной звериной мощи, доставшейся по наследству от могучих славных предков, привыкших отстаивать силой своё право на жизнь в этом суровом мире. Он сам был таким же. Притом за его спиной стояло три десятка подчинённых, которые с плохо скрываемым любопытством наблюдали за намечающимся противостоянием. Светозар просто не мог уступить в такой ситуации, иначе его непререкаемый авторитет среди стражей и жителей города сильно пошатнулся бы. Но судьбе было суждено отложить их встречу. По крайней мере, не сейчас…

— Не сейчас, Рат! — Яромир положил руку на плечо своего неугомонного рыжего товарища. — Мы тут с поручением от князя, помни.

— Одно другому не мешает, — Ратибор не шелохнулся, не сводя прищуренных глаз со Светозара.

— Мешает, друже! Сейчас мешает! — тихо сказал Яромир своему другу, после чего показным официальным тоном громко обратился к Светозару:

— Мы послы великого князя Святослава из славного княжества Мирградского! Прибыли к вашему государю Изяславу на поклон с дарами и делом важным! Вот наши верительные грамоты, — с этими словами Яромир достал из дорожной сумки слегка помятые в кабацкой драке бумаги (видно, кто-то плюхнулся на них сверху) и протянул Светозару. Тот недоверчиво взял их в руки и, подозрительно оглядев троих приятелей, стоящих перед ним, бегло прочитал вручённые ему документы.

— Да, помню всех вас троих… Были вы в свите Святослава, когда он у нас останавливался. И когда мы у вас гостили. Хотя из вас послы, как из меня кухарка, — буркнул он, быстро просмотрев переданные бумаги.

— Из тебя выйдет неплохая кухарка, — не удержался брякнуть в ответ Ратибор.

— Что ты сейчас сказал? Ну-ка, повтори! — Светозар тоже не спешил тушить разгоревшийся было конфликт с этим рыжим громилой. Он уже настроился на драку и втайне всё ещё надеялся, что она состоится. Уж очень ему хотелось хорошенько надавать по рыжей макушке этому наглому, самодовольному увальню! «Нужен лишь повод… Дай мне только повод…» — размышлял лихорадочно про себя Светозар.

— Говорю, кухарка из тебя знатная выйдет, — распалившийся Ратибор и не думал униматься, сам надеясь на ещё одну рубку. — А нукать будешь кляче своей, что ты по недоразумению конём называешь, понял меня? Я людей за куда меньшее к знахарю отправлял, а то и значительно подальше, прямо к праотцам…

Неизвестно, чем бы закончилась эта милая сердцу каждого любопытного зрителя набирающая обороты перебранка между двумя богатырями, если бы в неё неожиданно не вмешалась третья сила…

— А ну, угомонитесь уже, два индюка! — из окна ближайшей халупы выглянула пожилая, но бодрая старушка лет шестидесяти. — Светозар, три гостя наших только что разнесли этот гадюшник, что ты сам столько времени развалить мечтал, да всё никак не решался против Зайца, братца Изяслава, выступить! А теперь уж прояви терпение, будь добр, коль за тебя твою работу сделали! Видишь же, что чужаки нрава буйного!

— И что мне теперь, молча сносить оскорбления в свой адрес прикажешь, старая Ауда? — вопрос Светозара был риторическим. — Иди, стряпнёй своей займись и не лезь в мужской разговор! Кстати, о наших баранах, — Светозар вновь поглядел на неподвижно лежащего в дорожной пыли Могуту, — этот олух, между прочим, уже проигрывал до встречи с тобой. Догадаешься сам кому? — обратился он опять к Ратибору.

— Да неужели тебе?! Не верю! Ты же ходячая бочка с перебродившей медовухой!

— На себя посмотри, медвежий окорок…

— Индюки и есть! Или петухи! — Ауда нетерпеливо махнула на них рукой и скрылась в оконном проёме своей кухни, убежав хлопотать по домашнему хозяйству.

Исподлобья глянув ей вослед, а также окинув мрачным взором стоящих перед ним троих воинов, Светозар обогнул их и заглянул в корчму. Зрелище было, прямо скажем, завораживающим. Шайка разбойников, что наводила ужас не первый год на местных жителей, в полном составе лежала перед Светозаром в естественных и не очень позах. Часть стонала, кто-то ползал, но основная масса головорезов находилась либо в отключке, либо уже на том свете.

— Впечатляет… — Светозар пригляделся и безошибочно распознал среди лежащих тел Ждана Зайца, разделившего печальную судьбу своих людей. Подошёл к его туловищу, бегло осмотрел. Быстро убедился, что он мёртв; присел на корточки, закрыл ему ладонью глаза и, наконец, вышел из таверны, недовольно бормоча себе под нос:

— Ещё и брата самого князя убили! Этого святого человека… Что вы наделали, негодяи?! — уже воскликнул он, обращаясь к Ратибору, Мирославу и Яромиру. — Как вы могли?! Как посмели?! Это должен был сделать я! Я, да чтоб вам Велес всем штаны на заднице порвал!