— Ну и зря, — радостно сказала Анна, разрезая теплую булочку и намазывая на нее масло. — Поди им всяких лобстеров и фуагру с трюфелями подавай?

— Вроде того, — согласился Адам. — А мне вкусно.

— Мне тоже.

Когда они закончили, все еще длились уроки. Адам повел Анну дальше, но в одном из коридоров остановился, прислушался и толкнул дверь. Женщине, которая уже безнадежно заблудилась (вот тут уже все было совсем не так, как в ее замке), пришлось проследовать за ним. Пожилой лектор в ядовито-желтом костюме, розовом галстуке и лазоревой рубашке взглянул на них с интересом, но даже не подумал прерываться.

— Переходная форма гораздо сложнее и энергозатратнее, чем чистая ипостась, — вещал этот не в меру яркий старичок в круглых очках и с белой бородкой клинышком. — Но каждый крылатый должен владеть ей в совершенстве. Кто мне ответит, зачем?

Анна опустилась на свободную заднюю парту и с любопытством оглядела подростков. Совершенно обычные дети, если не считать дурацких нарядов. Кто-то выводит закорючки на полях тетрадей, кто-то зевает, кто-то тихонько шепчется с соседом.

— Таан Мариса, каково ваше мнение?

Белокурая девчушка в платье готической вампирши нехотя поднялась.

— Для безопасности? — предположила она.

— Верно! Для безопасности! Садитесь. Даже сам Высочайший не может держать переходную форму дольше, чем четверть часа. А уж обычные крылатые и вовсе способны на пару минут.

— Разрешите вопрос, тааннет Джульмино? — поднял руку высокий юноша в пижаме. — Какую безопасность может обеспечить две минуты переходной формы? Это глупо!

— Хороший вопрос, таан Ансельм. Все помнят обрыв на канатной дороге в Снежных горах прошлой зимой?

Ученики закивали, оживившись. Очевидно, событие было известное.

— Представьте себе, что вы оказались в одной из кабинок над бездной. Что делать?

— Обернуться птицей, конечно! — раздались голоса. — Это так просто. Можно ведь слететь на землю! Никто из крылатых не погибнет в такой ситуации.

— Никто из крылатых не погибнет, — с довольным видом согласился учитель. — А бескрылые? Что делать им?

Ученики замолчали. Только чей-то шепот сообщил, что и черт с ними, с бескрылыми, кому они нужны.

— Таан Юлиан, у вас, кажется, младшая сестра — бескрылая? Верно?

— Да, — угрюмо ответил какой-то юноша.

— И вот вы оказались в кабинке с сестрой. Что же вы сделаете? Спасетесь сам, бросив ее?

— Нет. Останусь с ней до конца.

— Или спустите ее, будучи в переходной форме, верно? Если, конечно, вы научились ей владеть.

— А если нет сестры? — крикнул кто-то.

— Нет сестры, есть кто-то еще. Со своими мыслями, стремлениями, мечтами. Чей-то сын или дочь. Чья-то мать. Может быть, врач или инженер. Да и просто — живой человек. Кто из вас бросит его, выбрав свое спасение? Кто струсит и не сделает всего, что может?

— Да что мы можем? — возразил один из мальчишек. — Мне себя-то не удержать, не то что взрослого человека!

— Сегодня — не удержать, — согласился тааннет Джульмино. — Но вы можете начать. Путем упорных тренировок переходная форма станет вам привычной и родной. Если вы сможете спасти хоть одну жизнь, то вы учились не зря.

— Да я просто не полезу на эту канатную дорогу, и все, — проворчала одна из девушек.

— В жизни бывает всякое. Пожар, наводнение, авария. Вот скажите, тааннет Анна, как называют в том мире, где вы родились, людей с крыльями?

Анна вздрогнула и повертела головой. Все смотрели на нее с любопытством. Интересно, откуда этот тип ее знает? Сомнений не было, обращались к ней.

— Эм… Ангелы? — она встала, как и все дети, которые отвечали на вопрос.

— И что они делают, эти ангелы?

— Обычно спасают людей, — ответила Анна. — Помогают в трудных ситуациях. Сообщают всякие крайне важные новости.

— Спасибо, тааннет. Видите, мои юные друзья, даже в других мирах знают, для чего нужны крылья! А уж вы, наследники древних родов, должны понимать свою ответственность! Таан Юлиан, таан Мариса, таан Ансельм, остальные… теперь вы понимаете, что прогуливать первую же практику по трансформации было плохой идеей? И когда наставники говорят, что вам нужны дополнительные занятия, они не желают вас наказать. Они хотят помочь. Кто помнит, сколько бескрылых оказалось в тот день на канатной дороге?

— Кажется, почти сотня, — ответила девушка с первой парты.

— Двести сорок два человека. Из них — сорок детей, учеников третьего класса местной школы. Их везли на экскурсию в парк Эдион. А сколько погибло?

— Около тридцати?

— Верно. Двадцать девять. И четверо детей. Остальных спасли те крылатые, кто оказался в тот день рядом. Двое учителей, кстати. Работники станции. Простые туристы. К тому времени, как прибыли спасательные службы, было поздно. Кабинки уже разрушились. К сожалению, не все крылатые умеют держать переходную форму. Многие не могли ничем помочь. Зато тааннет Агата Шанатор спасла восьмерых детей. Она семь раз возвращалась наверх. Восьмой раз стал для нее почти фатальным, она полностью исчерпала резерв, дотянула только на чистом упрямстве, уже практически без сознания. Тааннет Шанатор — выпускница нашей школы. Я ее хорошо помню, это невысокая девушка, хрупкая, не слишком сильная. Ей не поднять взрослого человека. Зато она смогла поднять ребенка. Наша школа гордится своей выпускницей.