Прежде чем глас протеста успел сорваться с моих уст, вокруг меня исчезло абсолютно все, голоса, исполины и даже мои защитники на этом судилище. Словно в воронку, мое сознание понесло в сторону открывшегося портала. Вскипевшая ненависть ринулась наружу, но уже в следующее мгновение меня потащило в сторону.

Ткани тысяч реальностей разрывались, образуя тоннель, по которому мое сознание неслось словно ядро выпущенное из катапульты. Бесчисленные миры проносились мимо меня, маленькие народы расцветали до могущественных империй и обращались в прах за какие-то мгновения. Морда огромного волка снова возникла предо мной, светящиеся золотом глаза пристально смотрели в мою душу:

– Мое имя Велес! – Прорычал зверь. – Запомни меня!

В следующую секунду сознание вынырнуло в огромное пылающее помещение. Ревущее пламя заглушало звон сходящихся мечей и стоны умирающих. Темнокожая остроухая девушка и чудовище, напоминающее помесь человека и змеи устроили тут настоящую бойню, усеяв пространство телами своих противников. Не сразу признав в них своих спутниц, я невольно залюбовался с какой легкостью и изяществом эти двое потрошили врагов.

По этой же причине я не сразу заметил прикованного к дыбе зеленокожего здоровяка, отдаленно напоминающего человека. Своим телосложением он напоминал богатыря из былин, которые так любили русичи. На его израненном теле, казалось, не было живого места от многочисленных ссадин и кровоподтеков, во многих местах кожа была содрана, а длинные волосы напоминали слипшуюся паклю. Его лицо с выпирающими над нижней челюстью клыками совсем недавно смотрело на меня из отражения в зеркале.

Грохот, раздавшийся из соседнего помещения, заставил меня отвлечься от созерцания пленника. Видимо, часть деревянных опор, сдавшись пожирающей ее стихии, наконец рухнула.

– Нам пора, – бросила темнокожая эльфийка, с повязанным на лице платком и облаченная в легкий кожаный доспех.

Вытерев короткий меч об одежду одного из убитых, дроу подошла со спины к шестирукой помеси ламии и медузы.

Человеческое туловище бестии, прикрытое чешуйчатым доспехом, нависало над дыбой, к которой обессиленный и истекающий кровью был прикован зеленокожий здоровяк. Похоже, мужчина был без сознания. Его тело было превращено в один большой синяк, из многочисленных ран сочилась кровь. Тем не менее, широченная грудь продолжала вздыматься – парень явно не спешил отдавать богам свою душу.

Пространство стал заволакивать едкий дым. Если противники еще оставались в здании, то в скором времени они должны были перестать быть угрозой. Дым, порой, убивает куда быстрее огня, оставляя пожару лишь плоть мертвецов.

***

Резкая боль пронзила тело, а окружающее пространство поглотила тьма, лишая возможности видеть происходящее вокруг. По лицу что-то стекало попадая на глаза, не давая возможности толком открыть их и оглядеться. Треск пламени был слышен со всех со сторон. Попытка вздохнуть спровоцировала приступ болезненного кашля, грудную клетку словно обожгли изнутри. Если это все еще был сон то ощущения были чересчур реалистичными. Воздух ощущался густым из-за дыма, попытки пошевелиться причиняли адскую боль. Сделав усилие, я все же попытался подняться – тщетно, цепи на руках и ногах сильно ограничивали возможность двигаться. Сдавленный рык вырвался из горла... болело буквально все.

«Если чувствую боль, значит я хотя бы жив» – промелькнула мысль, от которой на мгновение стало легче – «В прочем, надолго ли?». Злость медленно стала закипать внутри, но, дернувшись пару раз, силы похоже полностью покинули меня. Сухой кашель вырвался из горла, снова отозвавшись в теле чудовищной болью и заставляя разум буквально кипеть. Думать хоть сколько-нибудь связанно в таком состоянии было практически не возможно.

Я снова дернулся в тщетной попытке разорвать свои оковы, когда рядом раздался женский голос, которому вторил целый хор змеиного шипения:

– Как интересно...

– Прикончи его и валим отсюда! – тут же раздался второй голос, куда более резкий и грубый, но, похоже, тоже женский.

– Но я хочу поиграть, дорогая – с толикой возмущения ответил первый голос. – Посмотри какой красавчик, живучий, мне его надолго хватит.

Вместо ответа вторая девушка, судя по звуку, сплюнула.

Не будь мне так хреново, я бы наверное ухмыльнулся – «Твою мать, что задумала эта стерва?» – тревожная мысль посетила голову, узнавать почему-то совершенно не хотелось. Я попытался открыть глаза, но сочившаяся из раны на голове кровь по-прежнему застилала взор.

Возможно, мне стоило бы испугаться, но даже если забыть, что данное чувство не в почете у моего народа, сил на это так же не было. Не без усилия я повернул голову на звук и в то же мгновение лица коснулась чья-то рука. Я скривился от саднящей боли. Ощущение были такими, будто с меня содрали кожу и поглаживали обнаженные мышцы. Впрочем, возможно, так оно и было.

– Где я? – С трудом удалось выдавить слова, прежде чем кашель снова сотряс тело, заставив меня скорчить гримасу. – И кто ты? – «Твою мать, даже говорить больно!»

– Ты только посмотри на него, – голос первой девушки прозвучал искренне удивленным. – И правда крепенький.

В следующую секунду обжигающее дыхание коснулось моей щеки:

– Я твое проклятье, малыш... – ее рука коснулась моей груди, несколько вспышек боли тут же раскрасили сознание - словно в плоть погрузили сразу несколько ножей. – Но могу стать спасением, скажи, что ты выберешь?

Подступивший к горлу комок спер дыхание, на мгновение я снова почувствовал страх, но спасительная ярость снова воспылала в моей груди, позволяя выдавить из себя ответ: