Киаран не просто так увеличил численность отряда. Он всю ночь размышлял, пытаясь уловить ход мыслей герцога Хилда и угадать его дальнейшие действия. Вне всякого сомнения, герцог понял, что Знатное Собрание постарается удержать власть в своих руках, а значит, трон придётся брать силой. Поэтому не захотел ехать в столицу с неиспытанным войском. Скорее всего, Рэн Хилд надумал проверить Выродков в деле.

Для спонтанного сражения лучшего места, чем периферия, не найти. Здесь царит разгул порочных страстей, вседозволенности и безнаказанности. У провинциальных лордов собственные законы и своё понимание благородства и чести. Каждый богатеет и развлекается как может. Одни погрязли в междоусобицах. Другие прикармливают отряды бандитов, чтобы те грабили обозы, брали путников в плен и требовали от родственников выкуп. Кроме этого, к югу от Ночного замка проживает немало сторонников герцога Холафа Мэрита: нечистых на руку, самоуверенных и хамоватых.

Направляясь с отрядом к месту сбора, Киаран нервничал. Согласится ли Рэн оставить мать в монастыре? Бросит ли всё, что ухудшит манёвренность войска: слуг, рабочих лошадей, поклажу и провизию? Ломоть хлеба, кусок мяса и кружку эля всегда можно найти в харчевнях, растыканных вдоль дорог, или в деревнях, которые захватят Выродки, стоит им только приказать.

Выехав на опушку леса, Киаран придержал коня. В низине тёмным пятном вытянулось Немое озеро. На берегу, в окружении раскидистых ив, возвышался монастырь. Отсюда, с пригорка, виднелись окна-глазницы, закрытые ставнями; из щелей просачивался свет. Возле полуразрушенной конюшни сновали эсквайры и слуги. Ветер рвал оранжевое пламя факелов в лохмотья.

Вдоль кромки воды брели люди. Хмурый рассвет, однообразный фон ивовых зарослей и непогода мешали их распознать. Один отличался телосложением и походкой. Выродок-телохранитель? Значит, среди них Лейза. И похоже, это она ступила на причал и в нерешительности замерла. Её плащ под напором ветра превратился в расправленные крылья. Казалось, ещё миг, и она вознесётся к небу и оттуда, с высоты, вместе с крупицами льда рухнет в холодные воды.

Отправив отряд к монастырю, Киаран наклонился вперёд и пригляделся к идущей по причалу женщине. Это точно Лейза! Для тревоги не было причин: рядом с ней шёл Выродок. Но напряжение, не дающее Киарану покоя уже несколько дней, передалось жеребцу — он сорвался с места в галоп.

Возле непрочного на вид деревянного сооружения топтались слуги. Постукивая башмаком о башмак и колотя себя по плечам, равнодушно наблюдали, как Киаран спешивается. Служить чужому господину они явно не желали: не поклонились, не подскочили, чтобы взять коня под уздцы. Кичливый горный народец… Местные порядки быстро сотрут с них налёт гордыни.

Подойдя к пристани, Киаран надавил ногой на тесину, проверяя на прочность. Выдержит ли древняя постройка троих? Доска под сапогом слегка прогнулась.

Осторожно ступая, он приблизился к матери герцога. Телохранитель уступил господину своё место и оставил их одних.

— Что вы здесь делаете, миледи?

— Гуляю, — ответила Лейза, напрасно всматриваясь в поверхность озера; своего отражения она не увидит.

— В такую погоду?

— Не могу вспомнить, в Шамидане всегда так рано приходит зима?

— До зимы больше месяца.

— Я говорю не о календаре.

— Я понял, — улыбнулся Киаран. — Прошлая зима тоже началась раньше срока. Идёмте, миледи. Тут холодно.

— Я привыкла к холодам и снегу. Мы с Рэном часто ходили в горы, там зима длится круглый год. В самой Дизарне лето прохладное, туманное, зима снежная и тихая-тихая. Мне надо заново привыкать к ветру.

Внезапно ветер утих, будто кто-то установил заслон. Киаран удивлённо завертел головой, вслушиваясь в тишину. От конюшни донёсся скрип несмазанных петель, послышалось лошадиное ржание, и вновь воцарилась тишина, будто монастырь опустел.

Лейза поправила на голове капюшон и повернулась к Киарану:

— Это место меня завораживает. Есть в нём что-то колдовское.

— Меня тоже завораживает, — сказал он, бесцеремонно разглядывая её губы; должно быть, горячие как огонь, раз кристаллики льда тают, едва их коснувшись. — Рассвет, снег, тишина… Рядом красивая женщина.

На губах заиграла лёгкая улыбка.

— Цвет вашего рода?

Киаран с усилием моргнул и посмотрел Лейзе в глаза:

— Что?

Она указала на брошь, приколотую к его берету:

— Коричневый алмаз.

— Да, цвет дома Айвилей.

Лейза взяла в ладонь его медальон:

— Что означают эти стрелы?

Киаран пожал плечами:

— Не знаю. Герб рода придумал родоначальник.

Надо ли ей знать, что это оберег? Он обладает колдовской способностью оберегать хозяина не только от бедствий, но и от воздействия чар.

— Я слышала, он был колдуном.

— Я тоже слышал. — Стянув с руки перчатку, Киаран сжал в кулаке медальон вместе с холодными пальцами Лейзы. — Вы замёрзли, миледи.

— Ничуть, — вымолвила она и, мягко высвободив пальцы, вновь устремила взгляд на поверхность воды.