Стоя на прочных крепостных стенах, солдаты смотрели на войско неприятеля, видели Выродков и мысленно готовились к смерти. Помощи ждать неоткуда. Лорд скорее заморит их голодом, чем сдаст замок.

— К осаде всё готово, — доложил сэр Сантар, ступив в караульное помещение.

— Поставил охрану возле колодца? — спросил Мэрит.

Сантар упёрся плечом в стену и, глядя в амбразуру, произнёс:

— Зачем? Колодец в подвале господской башни. Туда Хилд точно не доберётся.

— Поставь.

— Нам нужны все люди на стенах.

Мэрит стиснул пальцы:

— Ты не слышал приказа?

Вид крепкого кулака возымел действие. Отлипнув от стены, Сантар дал знак караульному:

— Ступай в подвал.

Солдат кивнул и поспешил удалиться.

Во дворе затихла суматоха. Слуги занялись привычными делами. Секретарь-нотарий отвязал от седла сумку, попросил охранников отвести лошадей в конюшню и, присев на бортик лошадиной кормушки, пригорюнился. Оставалось надеяться, что лорд успел отправить гонцов к своим сторонникам. Но пока они прибудут, придётся терпеть неудобства. Мэрит оказался скупердяем, жёстко экономил как на обитателях замка, так и на гостях. В покоях холодно. Баню не топят. На ужин принесли ломоть хлеба и жареные бобы. Лошадям дали по охапке сена.

Перед носом секретаря-нотария возникла глиняная кружка.

— Выпейте, господин нотарий, — вымолвил конюх.

— Секретарь-нотарий, — поправил он.

— Выпейте, — повторил конюх.

— Что это?

— Лучшее лекарство от страха.

Секретарь-нотарий отхлебнул из кружки и закашлялся:

— Какая гадость… — Подождал, когда в горле перестанет жечь. Сделал ещё глоток. — Хлебное вино?

— Ячменный спирт. Сами гоним.

— Э-э-э… А с чего ты взял, что я боюсь?

Конюх сел рядом, сложил на коленях натруженные руки:

— Все боятся. Холодно будет. Голодно.

«Так и сейчас вроде бы не жарко, не сытно», — подумал секретарь-нотарий, а вслух сказал насмешливо:

— Ой, не ври! Я видел, как в господскую башню сносили провизию.

— Кто же туда слуг пустит? У слуг теперь свои закрома, у хозяина свои.

— Я гость, а не слуга.

— Все мы на этом свете гости, — вздохнул конюх. — Нам-то остались бобы да пшено. И ваши лошади.

Отхлебнув из кружки, секретарь-нотарий поперхнулся. Вытер рукавом подбородок и воззрился на конюха:

— В смысле — мои лошади?

— Прирежут их. Жалко.

— Почему это их прирежут?

Конюх почесал лохматую бровь:

— Стога на окраине деревни видели?

— Ну, видел.

— Хозяйские стога. Дожди зарядили, вот сюда и не перевезли. Ждали, пока распогодится.

— В крепости нет сена?

— Осталось чуток. Для хозяйских коней. Когда молодого хозяина очищали огнём, дрова гореть не хотели. Лорд велел сена подбрасывать. Ну мы и подбрасывали от души. А дров-то сколько перевели… Целую поленницу! Зато погрелись. Теперь уж до весны.

Секретарь-нотарий потряс головой, силясь избавиться от гула в ушах:

— Почему до весны?

Беззвучно шевеля губами, конюх принялся считать что-то на пальцах:

— До лета семь месяцев. Не доживём. А до весны дотянем.

Скользнув взглядом по находящейся в поле зрения крепостной стене, секретарь-нотарий насторожился:

— Где рыцари?

— Нет никаких рыцарей. У герцога Мэрита были, а у лорда их нет.

Секретарь-нотарий вмиг протрезвел. Помощи ждать неоткуда! Он застрял здесь до конца осады! В Хранилище грамот ему быстро найдут замену. Жена решит, что его убили. Старший сын пустит наследство по ветру… А он ведь на самом деле может умереть!

— В ваших закромах и правда только бобы остались?

— Бобы, пшено и спирта чуток. — Конюх подтолкнул его под локоть. — Вы пейте, пейте, господин. И не переживайте. Мяса до нового года хватит. Там уж, поди, освободят нас.

— Почему до нового года?

— А вы посчитайте. Полсотни солдат. Полсотни слуг. А лошадей только три. Хозяйские кони ценной породы. Летают как ласточки. Прирезать их рука не поднимется. — Конюх затолкал пальцы под суконный колпак, почесался. — В городе все лошади такие?

— Какие такие?

— Заморыши. Но это ничего… Наша повариха отменно готовит, лошадь от свиньи не отличишь.

Секретарь-нотарий всунул кружку конюху в руку. Ну уж нет! Своих лошадей на корм слугам он не отдаст!

— Где лорд Мэрит?

Кряхтя, конюх встал и поплёлся в конюшню.

— Где ваш лорд? — крикнул секретарь-нотарий проходящему мимо лучнику.

Солдат указал на постройку, возвышающуюся над воротами.

Зажав сумку под мышкой, секретарь-нотарий поднялся по деревянной лестнице, спотыкаясь на высоких ступенях и чуть не падая. Войдя в караульное помещение, глянул из бойницы на толпу крестьян возле рва и пролепетал: