— Чем это так пахнет?

— Кофе… — на автомате ответила Ольга и наткнулась на мой удивлённый взгляд.

— А что это?

— Это такой напиток. В ваше время и его тоже не было?

— Нет. В основном мы пили чай и вино.

— Ну, кофе ближе к чаю. Там нет алкоголя… хотя некоторые и добавляют. Хотите попробовать?

— Однозначно, — ответил я ей.

Люблю открывать для себя новое.

Мы зашли в одну из таверн. К слову, она так и называлась по имени напитка — кофейня. Похоже, он популярен.

— Это хорошее место, — сказала Ольга, когда официантка проводила нас к столику у окна, — я частенько сюда захожу. Рекомендую капучино, он здесь просто отпадный. Но сначала попробуйте эспрессо. Это чистый кофе без добавок.

В кофейне оказалось светло и уютно. Никаких шумных компаний или гулящих девиц. Видимо, культура распития кофе их не предполагала.

Официантка принесла Ольге огромную кружку с нарисованным на пенке сердечком, а мне крохотную, раз в десять меньше, чашечку.

Мне кажется, или меня обделили?

Я выпил густой, чуть горьковатый и терпкий напиток и изумился. Аромат не хуже, чем у галльского коньяка! А какой эффект! Даже моя загустевшая кровь, казалось, быстрее побежала по жилам.

— Так, мне ещё один такой же, — начал диктовать я не успевшей отойти официантке, — ещё один такой, как у неё… И что у вас ещё имеется?

— Латте… раф… — растерялась она.

— Вот их тоже несите!

— Макс, а у тебя сердце не остановится от кофеина? — поинтересовалась Ольга, когда я прикончил раф, напиток с плотной сливочной пеной и сладким сиропом.

— Думаешь, мне это причинит какие-то неудобства? — ответил я, а после, видя, как изменилось выражение её лица, добавил: — Ты же лекарь! Уверен, ты меня спасёшь!

Забавно, что, когда я пробовал на вкус сильнейший яд, она не беспокоилась. И всё же приятно, что родственница за меня переживает.

— Макс, пойдём! — взмолилась Ольга, увидев, что я вновь хочу подозвать официантку, — у меня дома есть кофемашина. Возможно, будет не так вкусно, как в кофейне, но тоже ничего.

На этой позитивной ноте мы продолжили путь к следующему клиенту. Но дорога и впрямь была длинной, так что я успел задать внучке ещё несколько интересующих меня вопросов.

Например, о том, почему к ней домой вообще припёрся этот Уго. Как я понял, он — представитель муниципалитета, а они занимаются делами неодарённых. Ольга же — маг и аристократка. На неё не должны распространяться обычные правила.

Я уже понял, что правовая система не сильно-то и поменялась за эту тысячу лет. А в ней содержалась масса привилегий для дворянского сословия.

Даже если одарённый убьёт обычного человека, он максимум заплатит штраф и, возможно, испортит свою репутацию. Мало какому роду понравится пугать простых людей и выглядеть в их глазах монстрами. Как-никак, а лояльность неодарённых — тоже ресурс, которым разбрасываться никто не хочет.

Если же маг убьёт другого аристократа, вот тогда начнутся разборки уже между кланами. Со всеми вытекающими. Но гражданская власть в это ни за что не полезет.

— Так-то оно так, — грустно согласилась со мной внучка. — Вот только я не имею никакого отношения к кланам. За мной не стоят юристы рода. Да и вообще никто не стоит. Судьба одиночек — подчиняться обычным законам. Как и все обычные люди.

— А если официально создать клан?

— Да, это возможно, — подтвердила Ольга, — но нужно подать заявку, а она стоит больших денег. Просто огромных. Точную сумму я не помню, — призналась она, — никогда не интересовалась этим, у меня всё равно таких богатств никогда не водилось.

— Это поправимо.

Ольга кивнула.

— Действительно, если каждый день брать несколько заказов, то, думаю, рано или поздно нужную сумму накопить получится. Вот только…

Она замялась.

— Говори, как есть, — попросил я её.

— У молодых кланов тоже незавидная судьба. Как правило, они присоединяются к более крупному роду, становясь частью его коалиции. Попросту говоря, становятся шестёрками. Но иначе никак, — развела она руками. — Вы ведь знаете, что любой клан может объявить войну другому? И слабые кланы, которые ещё не могут себя защитить, рискуют остаться не только без всего своего имущества, которое совершенно законным путём перейдёт к победителю, но и потерять жизни. Даже если их вырежут до последнего человека, никто и слова не скажет. Так что нет никакого смысла создавать новый клан, пока мы не сможем себя защитить, — подытожила она.

— Ты в этом так уверена? — ухмыльнулся я.

Ольга перевела на меня задумчивый взгляд, после чего призналась:

— Я уже ни в чём не уверена.

Наконец, мы добрались до дома очередного клиента. Он жил в многоэтажке, и его семья была очевидно во много раз беднее, чем миссис Пэддлтон. Возможно, они даже не принадлежали ни к одному из кланов, как и Ольга.

Нас встретили родители парня, который словил передоз.

И, если отец ещё держался, то мать была на грани истерики. Она и начала объяснять: