А уже затем осмотрелся более предметно.

Но ничего особенного не обнаружил. Сортир, как сортир. Несколько кабинок, зеркало над умывальниками. Разве что грязновато, но для таких мест это норма. Клуб, может, и элитный, но всегда найдётся алкаш, который отольёт мимо унитаза.

Из-за этого и запашок стоял такой себе. Но пару минут можно и потерпеть.

Хоффман просто не сможет устоять перед такой приманкой.

Почему-то всякая мразь обожает решать проблемы в туалетах. Вспомнилась вдруг магическая школа. Меня туда определили в двенадцать лет и сразу в выпускной класс. Дурацкие правила иначе не позволяли сдать экзамен на Магистра.

Восемнадцатилетним идиотам-одноклассникам показалось тогда, что я умничаю. Они подстерегли меня в туалете, чтобы «показать моё место».

У четырёх кланов тогда сменились наследники, ещё восемь отделались длительным лечением. Сортир пришлось отстраивать заново на средства проигравших.

Да, этот случай засчитали за экзамен и отправили меня домой.

Милейший старикашка ректор опасался, что я разрушу ещё что-нибудь.

К счастью, Хоффман не заставил меня долго ждать. И уже через полминуты, они всей своей небольшой компанией, ввалились внутрь и дружно оскалились.

— Ну что, козёл, думал тебе всё с рук сойдёт? — начал наезд усатый Герман.

— Мы тебя и из-под земли бы достали, — ухмыльнулся рыжий.

Двое оставшихся просто заняли позиции так, чтобы я не мог проскользнуть мимо них к выходу из туалета.

Вот только бежать стоило бы им.

— Ну что? Ещё от страха не обоссался? — снова решил поглумиться Хоффман. — Если попросишь прощения на коленях, может быть, я даже не спалю тебе яйца. Ну? Чего молчишь?

В этот момент он повернул руку ладонью вверх и начал формировать над ней огненный шар.

Не удивительно. Я ещё в торговом центре понял, что его стихия — огонь. Что же касается остального… я словно вернулся в свои детские годы. Все его попытки меня зацепить были примерно такого же уровня.

Но даже так этот придурок уже наговорил себе на смертную казнь.

Несмотря на то, что я потратил почти всю энергию на зачистку очага, никаких неудобств из-за этого я не испытывал.

Усиление, которое я использовал перед этим, всё равно работало целые сутки. Ну а новые доноры сами прыгали ко мне в руки.

Грех отказываться.

Главное, не позволить этому усатому дурачку слишком сильно потратиться до того, как я заберу у него всю энергию до капли.

Дождавшись, когда он швырнёт свой файрбол, я не стал давать ему возможности создать второй. Просто уклонился, и заклинание пролетело мимо меня и с громким шипением разбилось о влажный кафель.

На и без того не отягощённой интеллектом физиономии Хоффмана застыло крайне тупое выражение. Он явно не ожидал такой ловкости от обычного лекаря.

Что ж, время удивляться второй раз.

Моя тень вытянулась, превратившись в когтистые лапы. Они вцепились противнику в ноги и резко дёрнули его на себя. Герман грохнулся, даже не попытавшись устоять на ногах. А затем тень буквально подтащила его ко мне, как тряпку.

Я редко использовал этот трюк. Нормальный маг никогда бы не позволил вражеской тени так легко до него добраться. Но с этими доходягами и в таком тесном пространстве она показала себя просто отлично.

— Какого чёрта? — что он, что его компания буквально взорвались ругательствами.

Но ещё не осознали надвигающийся на них трындец. Иначе бы уже драпали из туалета так быстро, как только могут.

Я поставил Хоффману ногу на голову и начал перекачивать в себя его силу.

Конечно, при касании рукой это делать удобней, но для обученного некроманта по сути нет особой разницы.

Через несколько секунд с Германом было покончено. А я перевёл взгляд на остальных. Их зрачки расширились от ужаса. Кажется, они наконец-то поняли, что пора валить. Вот только моя тень уже перекрыла им дорогу к выходу.

Опять же, будь они нормальными магами, то это задержало бы их не дольше, чем на секунду.

Но не удивлюсь, если магия теней также забыта в этом мире, как и некромантия. Ведь только мы умели ей пользоваться.

— Не ведитесь, парни! — заорал рыжий, пытаясь подбодрить остальных. — Герман жив! Я уверен!

Если бы не громкая музыка, то его бы точно услышал весь клуб. Ну а так, никаких лишних свидетелей он не привлёк.

— Мы втроём справимся! — снова заорал он, вот только его порыв никто не торопился поддержать.