– А я Шевченко встретил.
– негромко произнёс я.

– Жив?
– спросил бывший наёмник.

Я отрицательно покачал головой.

– От ранений скончался. Отстреливался сколько мог.

– Так вот кто стрелял... Я слышал стрельбу, но не пошёл.
– понуро пробормотал великан.
– Херово. Хороший мужик был, правда с дрянным характером. Ну, пусть лежится ему спокойно. Он не первый, кто останется здесь навсегда.

Повисла короткая пауза.

– Из какой матери ты ее слепил?
– ухмыльнулся я, увидев лежащее на ящике оружие Костолома.

– Да хер его знает!
– парировал бывший наёмник.
– Это не мое.

– Военный трофей?

– Угу, типа того.

Я обратил внимание на наброшенную на плечи огромную рваную шкуру.

– Что ты на себя нацепил? На хрена этот прикид?

– Пригодилось. Подошёл к одному обожравшемуся дикому, и пока тот не сообразил кто я, башку ему свернул.

– Кто они вообще такие?

– Люди, просто люди. Одичавшие в край. Здесь нет ничего феноменального.

– Это что же должно было произойти, чтобы вот так все...
– я сообразил, что мое высказывание чушь.

– А здесь что, мало чего случилось?
– нахмурившись, спросил Костолом.
– Те кто выжили, умом тронулись. Сначала от отчаяния, потом от голода и безумия начали жрать всё подряд. Они все старые, заросшие густыми волосами. Но это люди. Когда-то ими были.

– Говорят?

– Отчасти. Я мало что понял. В основном мычат, да воют.

– Значит, наших ты никого не видел?
– спросил я.
– Ни живых, ни мертвых?

– Никого. Словно испарились.

Некоторое время мы оба молчали.

– Костолом...
– спросил я, решившись наконец выяснить, все ли у меня с головой в порядке.

– Ну?

– Ты меня вынес с места крушения? Ты притащил меня в то помещение и наложил повязку?

Наёмник посмотрел на меня с недоумением.

– Ты что, ни черта не помнишь?

– Нет.
– ответил я и почему-то занервничал.
– Просто скажи, мы с тобой тушенку ели?

– Какая тушенка, Макс? Я после крушения дрезины вообще никого не видел. Прошло часов пять, может шесть. Все это время я был здесь, искал хоть кого-то из наших.

Тут мне стало по-настоящему страшно. У меня реально начала ехать крыша. Насколько же реальным было то, что происходило в той комнате... И с такими подробностями. А в итоге, все это оказалось игрой моего пораженного сывороткой мозга?! Вот бля! Выходит, я будучи на грани отключки, как-то добрался до того помещения, сам с собой говорил, накладывал повязку... А думал, что нахожусь в компании наёмника? Вот это галлюцинация...

Я больше минуты размышлял над услышанным и хорошо, что Костолом не вмешивался.

– А к дрезине не ходил?
– спросил я, попытавшись хоть немного отвлечься.

– Нет, не рискнул. Там диких много было.

– А я дошёл.
– я нащупал в кармане колбу, полученную от Серова.
– Нет там никого больше. И ни оружия, ни вещей наших. Думаю, все эти сволочи поганые с собой куда-то утащили.

– Уроды.
– прорычал Костолом.

Я уже хотел было предложить бывшему наёмнику свалить отсюда, но вдруг из коридора послышался шум и топот...

Глава 5

Одним больше - одним меньше

Костолом практически бесшумно рванул в сторону, правда успев каким-то чудесным образом подхватить свою импровизированную секиру. Вася, словно лысая черная молния, бросился в противоположную сторону, по-кошачьи стелясь по засыпанным мусором полу. Ну а я не придумал ничего лучше, как снять со спины карабин "КС-23" и нырнуть за тот же ящик, на котором сидел.

Тот, кто бродил в темном коридоре, о своей безопасности явно не заботился - он словно расшвыривал ногами попадающийся по пути мусор. Шум издаваемый им, был слышен на многие десятки метров.

Я крепче сжал приклад карабина. И хотя какой-то задней частью мозга я понимал, что кто бы ни был в туннеле - мне хватит всего одного выстрела. Заряд крупной картечи с большой вероятностью проделает дыру размером с грейпфрут даже в теле бегемота. И все равно я дико нервничал.

Я невольно посмотрел на горящий факел. Тот лежал между груды ящиков, еще довольно сносно освещая пространство, но вместе с этим полностью выдавал наше местоположение. Только слепой не увидит выбивающийся из пролома в стене свет.