Эвервей ещё несколько секунд смотрел на остатки, и те поднялись в воздухе, посверкивая кристаллами. Не рискуя приближать их к себе, он внимательно рассматривал обломки, не произнося ни слова. Вилмир продолжал терпеливо ждать.

— Если это кремнеорганический паразит, почему он покинул своего прошлого носителя, а не отпочковался в нового? — Эвервей убрал в карманное измерение одну пластинку как образец.

Сын завёл лапу в за года отросшую до поясницы гриву. А помнил его отец ещё с ёршиком до ушей.

— Сам не знаю. Может, объёма не хватало, или разум их, как драконий, способен лишь одним телом за раз управлять. Или кракалевна прибили. Временем управлять я не умею, чтобы посмотреть, как тут всё было… А в Тинделе уже научились?

— Взятые остатки следует внимательно изучить в моей лаборатории, — проигнорировал вопрос Эвервей. — То, что осталось здесь, лучше уничтожить. Даже если они и не несут опасности, то вызовут по крайней мере любопытство.

— Как скажешь, — пожал плечами Вилмир.

— Забирай тогда всё. Больше образцов, меньше улик. Но я бы лучше местных расспросил, если бы Инанна не жаждала мою головушку.

— Местных искать долго придётся, да и вряд ли они что расскажут. А Инанна и вовсе заинтересуется, как бы такими кристалликами заразить побольше народа.

Эвервей не повернулся к костру, даже лапой не повёл — огонь сам сорвался длинным щупальцем, полоснув по остаткам и траве, выжигая ровный чёрный круг.

— Брезгливость вас погубит, лашуры, — поднялся Вилмир на лапы. — Если бы ты забрал весь труп, улик бы осталось меньше, чем от вот такого пепелища.

— Мало ли, кто охотился. А тебя, сын, погубит твоя жажда приключений. Если бы ты не полез взрывать штаб корпорации, которой сам отдал чертежи портальной установки, навы тебя бы не спасали от смерти и ты бы не был им должен службу в очередное разрушение, — Эвервей сам начал заражаться нашарскими прямолинейностью и раздражительностью. Долговато он на поверхности…

— Навы это не деструкторы. И разве вы им не простили уничтожение Даркана? Даже сменили государственную принадлежность своего бункера ради всепрощения и покаяния. Отец, иди домой, тебя там точно ждут, — устав препираться, Вилмир сбежал, расплываясь облачком тёмно-синей сверкающей энергии, похожей на звёздное небо.

— Дешёвый трюк, — хмуро, но с каким-то странным оттенком в голосе проговорил Эвервей. С сожалением, быть может…

Ни Вилмир, ни Эвервей не чувствовали и не знали о событиях, разыгравшихся всего в половине горизонта от них всего парой часов ранее. Пока что это событие вообще было неизвестно никому из драконов, лишь некоторые лесные птицы стали его невольными свидетелями. Небольшой участок леса был по-настоящему окристаллизован — там теперь стояли деревья с прозрачной корой, из которой торчали острые иглы, лежали обломки кустов, рассыпалась острыми осколками некогда зелёная трава. Кристальными были и тела десятка драконов, представлявших теперь омерзительные, кошмарные статуи…

Глава пятая

Умные люди, мудрая Тьма

Алиса: Человек — царь природы!

Селезнёв: Вот только звери об этом не знают — они неграмотные.

Тайна третьей планеты.

Под Кейтегором внезапно обнаружились те, кто так долго скрывался от Тьмы — те, кто её и призвал однажды, но теперь от неё отказался. Зато Тьма не отказывалась — и её представитель, лидер всех Тёмных Нашара, Воплощение-Зодчий Варлад должен прибыть в Лашур-Тиндел раньше, чем приглашённые отступники, мятежники и изгнанники Зорат и Арма. Но полёт черношёрстого с золотым отливом дракона не вышел беспрепятственным. Крылья, нёсшие его всё это время, вдруг сами повернули чуть севернее, а зоркие глаза дракона углядели две маленькие точки, летевшие возле гор. Повинуясь смутному предчувствию, Варлад сбросил «ускорители», растаявшие за ним полосами тумана, и спланировал вниз, направляясь на перехват.

От двух чешуйчатых драконесс чувствовались разом и дыхание Тьмы, и энергия лашуров. Значит, некто побывал раньше Варлада в подземном государстве. Быть может, через них Тьма о происходившем и выяснила. Но куда они летят теперь? Может, стоит лучше их перенаправить туда, куда полезно?

Вскоре он разглядел их вблизи — молодые самки с развитой мускулатурой, похоже, из шахтёров. Одна из них привлекла Варлада особо: в ней чувствовалась Тьма в не меньшей степени, чем у многих учителей Храма. Однако, он никогда не видел эту чешуйчатую среди учениц. Интересная загадка…

Летуньи, кажется, узнали Варлада — замедлились, начали обсуждать что-то между собой. Нет, пусть уж потом подумают! Стоит высказаться раньше, и не мутнить Тьму часто ошибающейся логикой.

— Приветствую тебя, Воплощение, — произнесла чёрная самка, когда дракон приблизился к ним. Зависнув в воздухе вертикально, она выставила вперёд лапу и резко взмахнула крыльями, обдув дракона поднятым вихрем. — Я летела к тебе, а ты сам вылетел навстречу.

— Волей Тьмы. Приземлимся, — чтобы не утруждать себя и собеседниц трудоёмким для своих масс порханием, Варлад слетел в пригорный лес, подбирая поляну безопаснее, но всё равно создавая щит от вредной нашарской живности и растительности.