Соня рассказала мне историю с обманом со стороны Диминой сестры. Больше она о семье Соболева ничего не говорила. Про брата ни разу не упоминала. Я даже не знаю, общается ли Дима с сестрой после того, как та солгала Соне о его смерти. Но Никита прав, по школе ходили слухи о том, что Дима из неблагополучной семьи и его брат находится под следствием. Подробностей я не знаю. Соня не раскрывала, а я не интересовалась.

Я не знаю, как начать этот разговор с подругой. Мне кажется, когда у семьи есть судимый родственник, занимающийся криминалом, это не самая приятная тема для разговора, и уж точно не хочется распространяться о ней посторонним.

В субботу утром мы идём в свадебный салон выбирать Соне платье вместе с Ульяной. Она тоже близкая подруга и мне, и Соне. Но я допускаю, что Соне будет неприятно говорить про судимого брата Димы в присутствии ещё одного человека. Поэтому в обеденный перерыв я звоню подруге, чтобы предложить ей встретиться на кофе. Соня сейчас наверстывает то, что пропустила из-за ранней беременности, а именно учится в университете. Параллельно с учебой она работает на кафедре и занимается репетиторством. Мы договариваемся встретиться сегодня вечером после моей и ее работы.

Когда я прихожу в кафе, Соня уже ждет меня за столиком.

— Привет.

— Привет.

Мы обнимаемся и целуем друг друга в щеки. Снимаю верхнюю одежду, бросаю на свободный стул и прошу проходящую мимо официантку принести кофе.

— Ты меня немного взволновала, — Соня первой начинает разговор. — Что-то случилось?

— Нет, не переживай. Я только хотела кое о чем поговорить.

— В чем дело? — подруга все равно напугана.

— Если коротко, то Никита узнал про нападение на меня шесть лет назад и занимается расследованием. Хочет найти исполнителей и заказчиков.

Аккуратно выщипанные брови Софьи взлетают вверх.

— Ого. Вы общаетесь?

Закусываю губу и опускаю глаза на салфетницу на столе. Я пока не рассказывала лучшей подруге обо всем, что происходит между мной и Свиридовым.

— Можешь не отвечать, по твоему лицу вижу, что да, — Соня расплывается в улыбке.

— Это не то, что ты подумала! Мы с Никитой не встречаемся. Он затеял расследование, и мы общаемся только по нему.

— Ммм, понятно.

Соня продолжает улыбаться. Неужели у меня на лбу написано, что между мной и Никитой что-то есть?

— Мы переспали пару раз, но это ничего не значило! — выпаливаю.

— Ммм, — кивает светлой головой. — Конечно. Секс для здоровья.

— Да, именно так! Секс для здоровья.

— Ясно. Свободные отношения.

— Да, свободные отношения!

Соня продолжает улыбаться, а я закипаю негодованием. Почему она не верит, что секс с Никитой ничего для меня не значит? Это ведь так!

— В общем, тут такое дело, — решаю перейти к главному, а то еще подруга подумает, будто между мной и Свиридовым все серьезно. — Как я уже сказала, Никита ведет расследование. Он много сделал, за что я очень ему благодарна. Наконец-то появился шанс всех найти и наказать. И сейчас в проведении расследования нам нужна ваша помощь. А если точнее, помощь Димы.

— Да, конечно. Как мы можем помочь?

— У Димы же есть брат?

Игривая улыбка на лице подруги моментально гаснет. Губы смыкаются в нитку, лицо становится серьезным.

— Есть, — отвечает нехотя. — А что?

По кардинальной смене настроения Сони я понимаю, что брат Димы — это не очень приятная тема для разговора.

— У нас с Никитой есть подозрение, что Димин брат может что-то знать о нападении на меня. Возможно, он знаком с исполнителями.

Соня застывает. Голубые глаза становятся стеклянными.

— А при чем тут мы с Димой? — интонация ее голоса сухая.

Я понимаю, что ступила на запрещённую территорию и затронула табуированную тему. Видимо, в семье Соболева совсем все плохо, раз Соня так реагирует.

— Не затруднит ли Диму спросить у брата, не слышал ли он что-нибудь о нападении на девушку популярного футболиста шесть лет назад?

— Боюсь, что затруднит.

Молчание повисает между нами. Официантка ставит на стол кружки с кофе, и этот звук кажется слишком громким в нашем неловком молчании. Я смотрю на Соню, а она на меня. Я нервничаю, а подруга не очень. Соня выглядит решительной и бескомпромиссной. Сказала — как отрезала.

— Дима не общается со своим братом уже очень давно, — прерывает неловкую тишину. — Он не может позвонить ему с вопросом про тебя.

— Почему?

Я прогоняю нервозность, как можно дальше. Надо поговорить с Соней серьезно и конструктивно. Я понимаю, что Дима — это ее любимый мужчина, но и я ведь ей не чужая. Мы лучшие подруги.

— Потому что Дима с ним не общается и не хочет общаться никогда и ни при каких обстоятельствах.

Вздыхаю.

— Пожалуйста, Соня, нам очень нужна ваша помощь.