— Тогда тем более ты мог хотеть отомстить мне таким образом! — тоже повышаю голос. — Я увёл у тебя из-под носа контракт, и ты мне отомстил.

— Если бы я хотел тебе за это отомстить, то просто сломал бы тебе ноги. На хуя мне твоя тёлка нужна?

Резонное замечание. Я и сам об этом думал. Молчу. Я шокирован откровением Тимура. Я в ступоре. В шоке. В ахуе. Это что же, получается, Слава вёл двойную игру? Но зачем?

— Так что там с Чемпионатом мира? — Довлатов выпустил пар и немного успокоился. — Если ты и тут мне дорогу перейдешь, то я тебе точно что-нибудь отобью, — грозно предупреждает. — Только попробуй наговорить на меня тренеру сборной.

Меня приводит в чувство вибрация мобильного телефона в кармане. Игнорирую Довлатова, достаю айфон. На экране сообщение от телохранителя Лили. Каждый вечер, когда Лиля приезжает домой, он докладывает мне, как прошёл ее день, где она была и что делала.

«Девушка была сегодня на работе в офисе, но ушла оттуда раньше обычного. Ходила на свидание с мужчиной. Они гуляли и сидели в ресторане. Мужчина держал ее за руку, обнимал, подарил цветы. После свидания отвёз ее на машине домой, но в квартиру не поднялся. В целом, ничего подозрительного не было. Сейчас девушка дома, в окнах кухни и комнаты горит свет».

Я читаю это и чувствую, как меня второй раз за пять минут прикладывают мордой об асфальт.

— Алё, гараж! — Довлатов щёлкает пальцами перед моим лицом, привлекая к себе внимание. — Так что с Чемпионатом мира?

— Так уж и быть, поедешь, — поднимаюсь на ноги и ставлю на стол перед Довлатовым подарочный пакет. — Это тебе сувенир из Мюнхена, как я и обещал.

Тимур заглядывает в пакет, видит там бутылку баварского пива с упаковкой сосисок и отбрасывает от себя.

— В жопу себе это засунь!

Показываю Тимуру на прощанье фак и ухожу из бара.

В башке пульсирует сообщение от телохранителя. Лиля ходила на свидание.

Нет, не так.

ЛИЛЯ. ХОДИЛА. НА СВИДАНИЕ.

Блядь, пиздец меня плющит…

Никита

К Лиле я мчу на всех парах. Даже вхожу в кабину пилота и спрашиваю, нельзя ли лететь побыстрее. Немец глядит на меня, как на больного.

— Нельзя, к сожалению, — отвечает.

Возвращаюсь в салон и падаю на диван. Меня кроет. Ревность душит. Сука, ни о чем больше не могу думать. После нашей ночи Лиля пошла с кем-то на свидание! Нет, она, конечно, сказала тогда, что не хочет со мной отношений и что наш секс ничего не значил, но блядь. Я не могу. Я задыхаюсь. Испытываю те же самые чувства, как когда мать сказала мне, что Лиля выходит замуж. Один в один. Мир рухнул. Жизнь остановилась.

Как представлю, что какой-то упырь ее касался, так убивать хочется. Телохранитель написал, что «мужчина» держал Лилю за руку, обнимал и подарил цветы. Блядь. Я сейчас сдохну.

Некогда брать в аэропорту машину напрокат, поэтому ловлю такси. Подгоняю водителя, чтоб ехал быстрее.

— Извините, а вы случайно не футболист Никита Свиридов? — с любопытством спрашивает, глядя на меня в зеркало заднего вида.

— Случайно он.

— Ого! Круто! Мой сын ваш большой поклонник!

В другой ситуации я бы поддержал беседу и передал сыну сувенир с автографом. Для таких случаев я ношу их в рюкзаке. Но сейчас мне не до этого. Болтовня таксиста только раздражает. Как только он тормозит у подъезда Лили, я пулей вылетаю. Мне везёт, в этот момент открывается дверь, и я заскакиваю в подъезд. Бегу по ступенькам быстрее, чем по футбольному полю. У квартиры Лили перевожу дух и жму на звонок.

— Кто там? — звенит ее мелодичный голос.

— Я.

Тишина. Опять сомневается, впускать ли меня.

— Открой, — приказываю.

Замок щёлкает, и передо мной предстаёт она. В глаза сразу бросается нетипичный для Лили макияж и красивая прическа с локонами. Глаза слишком сильно накрашены, на скулах много бронзовых румян. В повседневной жизни Лиля так ярко не красится. Только по особым случаям. Это ножом по сердцу. Лиля наряжалась для свидания.

— Опять ты, Свиридов, — устало произносит. — Ну что еще?

Уверенно переступаю порог квартиры. Сам закрываю дверь. Снимаю куртку, ботинки, прохожу в ванную мыть руки.

— Да я смотрю ты уже, как у себя дома, — летит мне в спину язвительный комментарий.

— Как твои дела? — спрашиваю нарочито спокойно, моя руки и глядя на Лилю в зеркало.

— Хорошо. А твои?

— Мои не очень.

— Почему же?

— Меня расстроила одна новость.

— Какая?

Выключаю кран, неспеша вытираю руки полотенцем и подхожу к Лиле вплотную. Опускаю ладони ей на талию, рывком протягиваю к себе. Она уже переоделась в домашнюю одежду, но этот макияж и прическа… Сука, душу из меня выворачивают.