– Рубенс хочет, чтобы я уволила Монти.

– Именно так тебе и следует поступить. Это умный ход, единственно верный ход.

– Тут дело в другом...

– Сделай это, Дайна.

– Я хочу остаться верной...

– Верность еще никогда не помогала чьей-либо карьере. Она не принесет тебе никакой пользы.

Дайна промолчала, но мысленно она воскликнула: «Ты видишь, как обстоят дела, Монти. Для них ты – труп. Но для меня нечто большее». Она отвернулась, пряча лицо от внимательного взгляда Ясмин, и подумала: «Что же мне делать?»

Малагез привел Хэтер и Сюзан в «парилку». Увидев, что они сделали с Боком, Сюзан громко вскрикнула. Вырвавшись из рук Малагеза, она кинулась через комнату и, упав на колени возле Бока, прижала его голову к своей груди.

– Малагез, – обратился к тому Эль-Калаам. – Я хочу, чтобы ты проследил за остальными. Ты знаешь, что надо делать. Пришли сюда Риту.

Малагез, кивнув, вышел. Минуту спустя в комнате появилась Рита. Автомат висел у нее за спиной наискось. Переступив через порог, она остановилась, молча переводя взгляд огромных темных глаз с Бока на Сюзан и обратно.

– Он сделает то, что мы хотим? – спросила она, наконец.

– Скоро, – успокоил ее Эль-Калаам. Затем он вновь повернулся к Боку. – Отойди от него, – приказал он Сюзан, и когда та не подчинилась, сделал жест, обращенный к Фесси. Человек с крысиными глазками шагнул вперед и, грубо взяв девушку за волосы, потянул ее прочь от промышленника. Потом, обхватив ее второй рукой, рывком поднял на ноги и оттащил немного в сторону, не обращая внимания на ее отчаянные попытки вырваться. Его ладонь, не переставая, шарила по ее телу.

Эль-Калаам вышел на середину комнаты и склонился над Боком. Взявшись за подбородок, он задрал голову промышленника и вгляделся в его мутные, налитые кровью глаза.

– Ты очнулся, сионист? – Он принялся наотмашь хлестать Бока по щекам, пока они не порозовели. – Да, теперь я вижу, что ты очнулся. – Подняв голову, он бросил мгновенный взгляд на Сюзан. – Твоя подруга тоже здесь. Я подумал, что будет только справедливо, если в подобный момент вы окажетесь вместе.

– Что значит в подобный момент? – спросила Сюзан. Ее глаза дико вращались. – Что еще вы собираетесь сделать с ним? – Она начала всхлипывать.

Эль-Калаам ущипнул Бока, от чего взгляд того приобрел более осмысленное выражение.

– Твой поезд, Бок, уже ушел. Твое упрямство заставило нас перешагнуть через все границы. Теперь ответственность за последующие события ложится на тебя. Наша совесть чиста.

– На твоих руках уже слишком много крови, – пробормотал Бок. – Слишком много.

– Хватит болтать. Лучше разуй глаза пошире.

Бок медленно повернул голову, и его глаза расширились.

– Сюзан, – выдохнул он. – Что она делает здесь? – Он пришел в страшное возбуждение.

– Она собирается помочь нам устроить небольшое представление.

– Нет, – голова Бока качнулась в сторону. – Нет, только не Сюзан.

– Послушай, Бок, – сказал Эль-Калаам. – Негоже вести себя так. Ведь представление предназначено именно для тебя.

– Нет. – Бок, отчаянно мотал головой. – Нет, нет, нет. – Его голос звучал все более пронзительно.

На руках и груди Сюзан краснели отпечатки, оставленные пальцами Фесси. По знаку Эль-Калаама он, положив ладони на плечи девушки, заставил ее опуститься на колени. Затем он вытащил пистолет и направил оружие на нее. Бок зарыдал.

– Ради всего святого, – взмолилась Хэтер.

– Заткнись, – оборвал ее Эль-Калаам угрожающим тоном.

Фесси смотрел вниз, не сводя глаз с макушки Сюзан.

– Ты видишь, что сейчас произойдет. Бок, – промолвил Эль-Калаам. – Вот что твое упрямство навлекло на голову близкой тебе женщины.

Где-то на вилле зазвонил телефон. Рита, повинуясь жесту Эль-Калаама, направилась к аппарату, стоявшему возле опрокинутой кровати. Сюзан жалобно плакала. Фесси с такой силой сжал ее плечо, что она громко вскрикнула. На заднем плане Рита разговаривала по телефону приглушенным голосом.

– С ней произойдет то же, что и с тобой. Она ослабеет, потом потеряет сознание, а когда очнется – все начнется заново. – Фесси заключил шею девушки в тиски между большим и указательным пальцами.

– Эль-Калаам, – раздался голос Риты. Все замерли на своих местах. – Премьер-министр на проводе. – Эль-Калаам даже не шелохнулся и не отвел взгляда от разворачивающейся гротесковой сцены. – Уже шесть часов, – тихо, но отчетливо произнесла Рита. – Последний срок освобождения наших братьев прошел.