— Сферу дядя построил много лет назад. — продолжил он рассказ, — Началось всё с маленькой лаборатории и развилось до целого комплекса. Сейчас в Сфере можно проводить исследования, ставить эксперименты, хранить и систематизировать полученные результаты. Благодаря мощной энергетической установке для связи, у нас есть доступ в крупнейшие библиотеки и архивы галактики. Уже много лет на дядю трудятся таланты со своего света. У нас живут и работают учёные из самых разных областей: от биологов до нейротехников.

— Но нейротехники взаимодействуют с микроэлектроникой и подобными узлами. Разве такие устройства функционируют в условиях вашей планеты?

— Хороший вопрос. Действительно, на поверхности Септимуса электроника не действует. Но Сфера покрыта защитным куполом как сверху, так и снизу, под землей. Купол — это защитное поле, не видимое глазу. Благодаря ему излучение от голубой руды нейтрализуется и вся техника работает. Правда, такая защита весьма затратна по энергии. На небольшой территории купол можно установить. Но на остальной поверхности Септимуса по-прежнему мало что работает.

— А как же Травелаттор? Он везде работает? — спросила она.

— Да. Устройство небольшое по мощности. Плюс корпус из специального металла. Излучение от руды сильно на его работу не влияет. Тут другие проблемы. Панели на Септимусе не ловят сеть и плохо функционируют. Только в некоторых специально оборудованных точках можно нормально работать. Но это бы ничего. В конце концов связь для работы Травелаттора не нужна. Необходимые сведения я потом нахожу, когда в Сфере нахожусь. Там же пишу программы. А загрузить готовую комбинацию действий из панели в травелаттор можно в любом месте планеты. Но из-за условий Септимуса я никак не могу развить своё устройство. Оно способно одновременно только на двух-трёх человек воздействовать.

— А тебе хотелось бы больше?

— Разумеется! Ты же видела, на что способны латта-волны. Представь, как было бы здорово остановить целую армию, которая идёт на тебя войной. Бескровная победа! Разве не здорово?

— На первый взгляд звучит заманчиво. Но что, если травелаттор не в те руки попадёт? Это ж оружие своего рода.

— Верно подмечено. Именно поэтому я никого не подпускаю к своим разработкам. Порядок работы и строение Травелаттора знаю только я. Неудобно, конечно, помощь бы не помешала. Но мы с дядей уже один раз поплатились за бездумное разглашение информации. Последствия до сих пор расхлебываем.

— Ого! Прям интрига! Рассказывай. Что же вы натворили?

— Ничего хорошего, на самом деле. Наши учёные научились адаптировать световое оружие для условий Септимуса. Вроде бы хорошее дело. Пока мы только в своей области ружья с энерго зарядами использовали, все нормально было. У нас спокойно, порядок. Каждый своим делом занимается. Но на большей части Септимуса не утихают восстания. Люди то в одном регионе взбунтуются, то в другом. Король даже регулярную армию к нам направлял для подавления. Да только одно восстание заглушат, другое возникнет. И так постоянно. Лорды-правители за головы хватаются, не знают, как справиться. Это понятно. Ведь в условиях бунта ни о какой нормальной добыче голубой руды не может быть и речи. Лорды доход теряют. Нормально дань королю не могут платить. И начали лорды-правители к моему дяде приставать. Дескать, поделись оружием. Рассказывали об аристократической солидарности, об общих интересах, о долге чести перед королём. О том, что правящий класс должен держаться вместе для всеобщей выгоды. Дядя на уговоры поддался. Я его предупреждал, что это плохо кончится, но он не слушал. Зов крови, родовые обязательства и всё такое. В общем, поделились мы не только оружием, но и секрет адаптации обычных орудий к условиям Септимуса рассказали.

— И что?

— Ничего хорошего, как я уже сказал. По началу, конечно, восстания были подавлены. Но потом… Повстанцы просто-напросто выкрали оружие, с помощью пыток выведали механизм адаптации — схема технически несложная, даже простолюдинам доступна. И всё. С тех пор они вооружены и бунты ещё масштабнее стали. Теперь дядя осторожен. О новых разработках никого не оповещает. Живёт себе в своём регионе, никого не трогает. Правда, последнее время повстанцы и нас беспокоят. То и дело хотят на территорию проникнуть. Но мы пока справляемся. Есть пара фишек, позволяющих остановить бунтарей на границе. Так вот. А Травелаттор я вообще как зеницу ока берегу. О нём всего несколько человек знает. Как ты раньше правильно заметила, об открытии латта-волн я заявил во всеуслышание. А вот о том, что умею ими управлять — это секрет.

— И ты мне его открыл? Как мило!

— Тебе я доверяю. Ты языком не болтаешь.

— Ой, но ты же и Кайле сказал… А она любит поделиться новостями, ей только дай потрещать.

— Кайла даже близко не понимает всего. Для неё это просто серая коробочка с фокусами, ничего серьёзного. Она если и начнёт говорить, то толком объяснить не сможет. И это хорошо прежде всего для неё же самой. Иногда поверхностный ум может от многих бед уберечь.

— Кайла не дура! — возмутилась Милли.

— Пожалуй, — чуть пожал плечами Эд. — Но в физике она профан. И это хорошо.

Тут к лавочке подкатился мячик. Малыши неподалёку играли и не уследили за круглым предметом. Милли подняла мяч и кинула его обратно детям. Ребята поблагодарили и продолжили игру. Они задорно кидали мяч друг другу, вереща от восторга. Мячик перепрыгивал из одних рук в другие. Милли внимательно всмотрелась в игру.

— Слушай Эд, — начала она после паузы, — я, конечно, не учёный и мало что понимаю. Но мне в голову сейчас пришла одна мысль. Возможно, это ничего не значащая ерунда, но позволь я поделюсь.