— Детей мы обсудим позже, — резко прервала мамашу Милли. Она уже не была бледной. Забавные рассуждения маман о дальнейших отношениях с Маркусом взбодрили и вернули к жизни. — Миссис Эверин, я вас поняла, можете не переживать. Но сейчас не могли бы вы нас с вашей рыбкой оставить? Не сочтите за дерзость, но нам нужно побыть наедине.

— Да, да, конечно! Милуйтесь, милуйтесь! — радостно воскликнула маман, поднимая свою грузную тушу с дивана. — Принести вам подушечки и перинку? Мальчику вредно лежать на жёстком. Диван слишком твёрдый для этого.

— Перину? — не поняла Милли. Но потом до неё дошло и чуть не стошнило. — Ах, да! Диван. У мистера Эверина в его офисе точно такой же стоит, только цвет коричневый. Шеф часто его раскладывает. Бывает, зайдешь по делу и упираешься в ещё не убранную двуспальную кровать.

Миссис Эверин покраснела. Ей не понравился намёк девушки.

— Я вас оставлю. — холодным тоном заявила маман и громко хлопнула за собой дверью.

Маркус, не желая терять время, сразу полез к Милли обниматься. Но девушка высвободилась и отсела от него на другой конец дивана.

— Что не так? — не понимала рыбка, — Ты разве не соскучилась по мне? Между прочим, ты обещала мне подарок в виде сладкой ночи, забыла?

— А ты ничего не забыл?

— Милли, хватит надо мной издеваться! Иди сюда, ко мне на коленки, — и он похлопал по своим коленям. — Ты сегодня такая красивая, я весь вечер представлял тебя без одежды. Иди же!

Естественно, она не двинулась с места.

— Маркус, ответь мне, пожалуйста, на один вопрос. Всего на один.

— И потом ты перестанешь ломаться? Ладно, давай.

— Маркус, я всё могу понять. Что у тебя обязательства перед семьёй, что ты не слишком сильно меня любишь…

— Я люблю! — выпалила рыбка.

— Не перебивай, пожалуйста! Я могу понять, что ты не видишь меня своей женой. Что я не подхожу ни по статусу, ни по положению. Но скажи мне, пожалуйста, какого хрена ты мне обещал, что сделаешь мне предложение на своём дне рождения? Никто же за язык не тянул. Зачем давал слово, что готов ради меня против семьи пойти, лишь бы я была счастлива? Зачем врал?

— Я не врал! — с жаром заявил он. — Я действительно хотел на тебе жениться! Я же люблю тебя, ты же знаешь.

— Вот как? И почему же сегодня объявили о помолвке с Наташей, а не со мной?

— Так уж получилось… — мялся он. — Понимаешь, я действительно хотел на тебе жениться. Я не врал. Но когда я поделился своими планами с семьёй, мама сказала…

— Ясно. — она печально вздохнула и поднялась с дивана. — Мама сказала…

Милли направилась к выходу. Ничего не понимающий Маркус хотел её остановить, пытаясь заключить в объятья. Но тут же получил увесистую пощёчину, от мощи которой снова отлетел на диван.

— Между нами всё кончено, — заявила Милли уже на выходе. — Ты больше никогда ко мне не прикоснешься.

Миланья было вышла из кабинета, но потом вернулась, захватила с рабочего стола початую, но ещё полную бутылку коньяка и уже окончательно удалилась.

Милли гоняла в ручном режиме уже пять часов подряд. Коньяк быстро закончился и пустая бутылка давно покинула пределы салона, вылетев в открытое окно. Она не отдавала себе отчёт, куда она едет и зачем. И карты, и навигатор были отключены. Она неслась и неслась, куда глаза глядят. Старалась держать скорость в пределах нормы, ведь если её остановят, последствия не заставят себя ждать. Полгода исправительных работ и пожизненное лишение прав за езду в нетрезвом виде. Законы империи строги и непоколебимы. Она знала, что поступает неправильно, подвергая опасности не только себя, но и других участников дорожного движения. Однако ничего не могла с собой поделать. Только безудержное движение могло сейчас хоть немного её успокоить.

Маркус нанёс ей серьёзную рану. Поразил в самое сердце. Как он мог так поступить? Нет, она конечно понимала, что Маркус — человек безвольный. Но чтобы он оказался таким тюфяком… Этого она от него не ожидала. Возможно, позже она со смехом будет вспоминать сегодняшний вечер и радоваться, что вовремя остановилась и оборвала связь с такой мразью как Маркус. Но сейчас ей больно. Очень больно. Вцепившись в руль, она ещё прибавила скорость. Ещё несколько десятков километров автострады. Но вот резкий поворот — она не успела заметить его вовремя. Машину занесло и закрутило. Благо, на этом участке сейчас не было других автомобилей. Еле-еле справилась она с управлением, выровняла машину. Но так не годится. Так и до аварии недалеко.

Милли сбавила скорость и остановилась на обочине. Заглушила мотор, положила руки на руль и опустила на них голову.

Итак, пора подвести итог. Её жизнь пошла под откос. Все желания, мечты и стремления разбиты в дребезги. Ей больно. Ей плохо. Так. Это всё понятно. Но что делать дальше? Ведь вместе с Маркусом окончилась не только личная жизнь. Работать в фирме Эверина-старшего она теперь тоже не сможет. Нет, шеф её не уволит. В этом она была уверена. У них с боссом прекрасные профессиональные отношения. Плюс он заместителем её сделал. Но работать рядом с Маркусом… А сына шеф никогда не выгонит, в этом тоже можно не сомневаться. Работать рядом с Маркусом не получится. Она не сможет находиться с ним под одной крышей. Это выше её сил. Да и коллеги… Все будут над ней смеяться, подкалывать, издеваться. Когда кто-то слетает с пьедестала, толпа ликует и добивает упавшего. Придётся уволиться и начать жизнь сначала. Вот было бы хорошо уехать куда-нибудь подальше, чтобы никого из знакомых рядом не было. Может вернуться домой, на Тэю? Нет. При одном воспоминании о бедной пограничной планете Милли стало дурно. Туда она точно не поедет. Куда же тогда?