Долго не думая Даша достала лист.

— Антон! Ты сам это нарисовал? — восхищённо произнесла она.

— Я хотел к Новому году сделать тебе подарок, — лёгкий румянец пробежал по его лицу.

— Ты из меня здесь сделал красавицу! — улыбнулась Даша. Портрет ей очень понравился.

— Ты такая и есть!

— Спасибо тебе! Мне очень приятно! — она спрятала лист в папку. — Я пойду? Пока!

— Даша, если тебе нужна будет помощь, просто помни, что есть я, — серьёзно сказал Антон.

Он ещё некоторое время стоял на месте, наблюдая, как Даша поднимается по лестнице. Сердце трепетало от волнения.

Весь день Виктор не находил себе места. Ссора не выходила у него из головы. Вчера он не сдержался и немного поколотил этого «художника», но об этом Виктор не жалел. Теперь ухажёру-романтику неповадно будет заглядываться на чужих жён. Единственное, о чём он сожалел — это слова, которые он сказал Даше. Одно единственное слово может дорого ему стоить. Он даже сам не понял, как спонтанно у него слетело это с языка. Сказал, а потом пожалел. Пожалел, но не подал виду, не извинился. Теперь нужно срочно исправить положение. Он хорошо помнил, что на сегодня Даше назначено УЗИ. Очень хотелось присутствовать при этом, и своими глазами увидеть, как бьётся маленькое сердечко их малыша.

Несмотря на то, что заказ уже почти был выполнен, и оставались лишь кое какие мелочи, работа не клеилась. Он всё время посматривал на часы, близился вечер. С минуты на минуту должен был явиться клиент. Виктор вылез из ямы и снял робу. Решение принято — он едет к Даше.

Спустя полчаса, Виктор уже стоял на светофоре, у здания учебного корпуса, не терпелось скорее перейти дорогу. Но будто назло завис красный свет, казалось, время остановилось. Из института начали выходить учащиеся. Виктор нервничал — так можно и разминуться с Дашей.

Загорелся долгожданный, зелёный. Виктор стрелой рванул на другую сторону.

В фойе было пусто, студенты уже разбежались по домам. В гардеробе висело лишь несколько курток. Виктор с горечью подумал, что наверно с Дашей он всё же разминулся. Вышел на улицу и ускорил шаг.

Даша очень нервничала из-за опоздания преподавателя. Всей группе пришлось задержаться на последней лекции, и теперь ничего не поделаешь, нужно сломя голову лететь в женскую консультацию. Медицинское учреждение находилось на приличном расстоянии от института, транспорт в это время простаивал в километровых пробках, пришлось идти пешком. Чуть больше получаса, хорошим ускоренным шагом, Даша наконец-то добралась до места назначения. Она сняла куртку и хотела сдать в гардероб, но пухлая румяная старушка, строго указала пальцем на висевшую рядом табличку, где чёрным по белому, было ясно написано, что вещи пациентов после семи вечера не принимаются. Тусклый свет ламп, в пустых коридорах лечебного учреждения, говорил о том, что рабочий день подошёл к концу. Оставалось надеяться только на чудо — Даша неуверенно постучала в дверь. Её вежливо пригласили. Извиняясь и оправдываясь, она сбивчиво объяснила причину своего опоздания и уже приготовилась к тому, что сейчас ей укажут на выход. И тут произошло что-то неожиданное: то ли врач была в хорошем настроении, то ли уж больно вид был у Даши не важный, но медработник не стала винить девушку, а пригласила её в кабинет. А спустя несколько минут, Даша уже лежала на кушетке и слушала, как громко стучит сердечко её малыша.

Даша летела домой как на крыльях. Новость о том, что будет девочка, очень её обрадовала. Ведь они и мечтали о дочери. Даже имя выбрали — Света. В честь бабушки. Радостное сообщение всколыхнуло, она даже на время, забыла, что в ссоре с Виктором.

На улице уже порядком стемнело, в чёрном бездонном небе ярко блестели звёзды. К ночи брался мороз, холодный ветер пронизывал насквозь и сильно трепал одежду. К тому моменту, как Даша добралась до дома, она окончательно продрогла и даже немного пожалела о том, что сделала свой выбор в пользу куртки. Учитывая нынешние морозы, пуховое пальто не помешало бы. Но как только она оказалась в тёплом подъезде, мысли о холоде сразу растаяли. Лёгкое волнение закралось в душу. Даша тихо открыла дверь. Виктор смотрел в зале телевизор. Она незаметно скользнула в комнату и спрятала папку с портретом под подушку.

«Нужно будет придумать потом место, куда её перепрятать», — подумала Даша. Она вышла в коридор и повесила куртку. Включила на кухне свет. На плите стояла жареная картошка.

— Есть будешь? — спросил, как ни в чём не бывало Виктор. Он не слышно, подкрался сзади, и она вздрогнула от неожиданности.

— Да, буду, — коротко ответила Даша, показывая своим видом, что всё ещё сердится на него.

— Ты в поликлинике так долго задержалась? — поставил перед ней тарелку с вкусно пахнущей картошкой, Виктор.

— Да, в поликлинике, — она взяла вилку. Получилось неплохо, отметила про себя Даша, вот только специй немного переборщил.

— УЗИ делали? — Виктору не терпелось скорее узнать все подробности. — Что сказали?

— Сказали, что всё хорошо, — равнодушным тоном ответила Даша. Ей было интересно наблюдать, как Виктор сгорает от любопытства.

— Пол ребёнка, уже виден? Мальчик или девочка?

— Девочка, — спокойно ответила Даша и встала из-за стола. — Я в ванну.

Виктор думал над словами Даши:

«Значит девочка. У него будет дочь! Нужно обязательно попросить прощения».

Он вошёл в комнату, где вчера спала Даша, и лёг на кровать, обдумывая как лучше это сделать. Что-то твёрдое упёрлось в спину. «Наверно книга», — подумал Виктор и вытащил предмет. Глаза расширились от удивления — это была папка художника! Он собственными глазами, видел вчера её в руках у Антона. Виктор извлёк лист. Чуть улыбаясь, на него смотрела Даша. Портрет имел поразительное сходство с оригиналом, чувствовалась рука профессионала. Виктор перевернул картину. Размашистым подчерком было написано: