Голова у Милли гудела и кружилась. Спиртное завоевало её сознание и уже не сдавало свои позиции. Разум отключился окончательно. Девушка сложила руки на столе и, обессиленная, уронила на них голову. Милли больше не в состоянии думать и двигаться. Тяжёлое забытье накрыло её.

Через некоторое время Миланья почувствовала кого-то рядом. Этот кто-то взял её безвольное тело на руки и куда-то понёс. В следующий раз сознание ненадолго пробудилось уже в комнате. Человек положил обессиленное тело Миланьи на кровать и заботливо накрыл одеялом.

— А ведь ты могла быть моей дочерью! — ясно услышала она голос Крафта.

Милли сделала над собой усилие и открыла глаза. Однако никого уже рядом не было.

Глава 5

На следующий день Миланья проснулась поздно. Накануне спиртного выпито не мало, и оно в конце концов подействовало как снотворное. К своей радости девушка обнаружила, что голова у неё совсем не болит. Видать, коньяк высшего качества. Проходит без похмелья.

Милли осмотрелась. Мягкая перина, большая кровать. Вокруг мебель и стены в светлых тонах. Это спальня мамы, что, в принципе, ожидаемо.

Девушка поднялась с постели, освободилась от вчерашнего вечернего наряда — её никто не переодевал и она так и спала в черном платье. Накинула халат, который откопала в шкафу. Затем долгожданный душ, освежающий и бодрящий. Приведя себя в порядок, Милли ещё раз заглянула в шкаф, в надежде подыскать подходящий костюм. Увы, несмотря на то, что вещи прекрасно выглядели, выполнены из дорогих и качественных материалов, ни один наряд мамы ей не понравился. Во-первых, на вешалках висели только платья. Во-вторых, слишком длинные и объёмные. Вероятно, такова мода Септимуса. Однако носить такое Милли совсем не хотелось.

Пришлось звать слуг и требовать назад свой костюм для охоты, в котором она пришла вчера. Ей принесли её одежду в чистом и выглаженном виде. Что ж. Приятно, когда за тебя работают.

Настало время спускаться вниз. Милли медлила. Ничего из вчерашнего она не забыла, а значит сегодня всё совсем по-другому. Как бы ей не хотелось, избежать разговора с Крафтом не получится. И чем тянуть, лучше сразу всё прояснить. Сделав над собой усилие, Миланья пошла вниз.

— Госпожа, желаете обедать? — обратился к ней один из лакеев. — Прикажете подавать?

— Нет, мне нужен лорд Крафт.

— Но госпожа, к милорду нельзя! — замялся слуга, — Он сейчас…

— Я знаю, где он сейчас. Не беспокойтесь, лорд меня ждёт.

И Милли оставила озадаченного лакея и пошла в одну из гостиных. Она прекрасно знала, куда идти.

Дверь, которую несколько месяцев назад Милли разнесла выстрелом из пистолета, заменили. Девушка опустила ручку вниз, всё легко открылось.

Миланья вновь оказалась в запретной комнате с маминым портретом. Лорд сидел посередине помещения на простом обычном стуле лицом к холсту. В комнату проникал дневной свет, но атмосфера всё равно стояла гнетущая. Крафт в одиночестве любовался картиной.

— Вы так и не спали? — обратилась к нему девушка. Белки его глаз пронизывала красная сеточка.

— Нет. Всё думал над твоими словами, — ответил он, не отрывая взгляда от портрета. Он, казалось, ничуть не удивился приходу девушки.

— Какими именно? Вчера много чего говорилось.

— О том, что я пострадал случайно.

— А… Понятно. И к какому выводу пришли?

— Что, вероятно, ты права. — тяжело вздохнул лорд. — Она устроила пожар, чтобы отвлечь меня и бежать. Однако просчитать, когда именно я окажусь около мешков со взрывчаткой, невозможно.

— Ну вот видите! Всё не так, как вам казалось. И хватит себя мучить.

— Но почему она сбежала? Почему предала? — лорда явно терзали вопросы, плюс бессонная ночь добавляла напряжения, которое требовало выхода. — Нет, я могу понять Алекса. Он влюбился в неё и забыл всё на свете. — рассуждал дядя, — В неё все влюблялись. Ты, вероятно, это знаешь. Твоя мама — невероятная женщина! Она может очаровать любого. Твой отец влюбился и пропал. Но она? Почему предала она?

— Вы имеете в виду, почему мама сбежала? Вы что, правда не понимаете? Или просто смеётесь?

Милли подошла поближе к лорду. Он так и сидел, не отрывая глаз от портрета. Нет, он точно не смеётся. Сейчас грозный Крафт похож на обычного запутавшегося человека. Потерянного и… Несчастного? Неужели ей не кажется?

— Всё очевидно, — Милли решила не томить его паузами. — Мама сбежала, потому что хотела свободы. Она же в рабстве у вас находилась, не так ли?

— Формально — да. Но её никто здесь не обижал. Наоборот! Она жила со мной как принцесса! Я выполнял любое её желание! Ты же сама видела. Наряды, драгоценности, любой каприз! Чего ей не хватало?