Шрифт:
Сердце моментом ускоряет своё биение.
Яр в одно движение отодвигает меня себе за спину и достаёт нож из потайного кармана штанины. Он что, спит с ножом?
Однако развить эту мысль не успеваю, потому что удары в дверь повторяются.
— Яр… кто это? — шепчу, сжимая на груди дрожащими руками покрывало. — Ты кого-то ждёшь?
— Нет. Сиди тихо, Снежинка.
Ярослав быстро встаёт с кровати и крадучись проходит в коридор.
Оборачивается ко мне и прикладывает указательный палец к губам, командуя вести себя тихо…
Сердце так и бьётся в груди.
Господи боже! Как же страшно!
Конечности леденеют.
Мне так страшно, что я с трудом могу соображать. Превращаюсь в комок пульсирующих нервов. Боже мой, как же страшно. Вдруг, это свёкр нашёл нас? Вдруг, Ярослава сейчас убьют?
Несмотря на его приказ «сидеть», я встаю с кровати, и прямо как есть, обмотанная простынёй, подхожу к двери и прислушиваюсь.
Сердце так дико молотит по барабанным перепонкам, что я почти ничего, кроме этих ошалелых ударов, не слышу.
Прикладываю ухо к тонкой полоске между дверью и косяком, как вдруг щёлкает замок, и…
— Яр, дружище! — звучный незнакомый мужской голос заставляет всё внутри сжаться. За время своих злоключений я перестала быть оптимисткой. Всё новое теперь подсознательно воспринимается моим телом как угроза.
— Ник, — сдержанно отвечает Ярослав. — Ты зачем приехал?
— На чашку чая, — в хриплом низком голосе слышится усмешка. — Что, не даже пустишь старого друга на порог?
— Я тебя не ждал, — Яр, кажется, не рад видеть этого человека.
Приникаю к двери как можно ближе, чтобы не пропустить ни слова, но в этот момент, как на зло, ноги путаются в длинной простыне, я оступаюсь, и… падаю на дверь. Она распахивается с грохот ом, и я чуть ли не вываливаюсь в коридор.
— Лера! — Ярослав спешит ко мне. На его скулах играют желваки. Он недоволен тем, что я обозначила своё присутствие перед незнакомцем.
Когда Ярослав помогает мне встать, я вижу незваного гостя.
Такой же как Яр высокий и мощный, безотрывно следит за мной своими дьявольскими ярко-синими глазами. Холодными, сатанински-пронзительными.
Короткие волосы, кривоватый нос, словно высеченная из камня квадратная челюсть. Внешность этого мужчины пугающе-притягательна. Его хочется рассматривать примерно также, как вглядываться в бездну, в которой не видно дна.
Однако, смотреть на него слишком долго я не могу. Опускаю взгляд, чтобы он не дай бог не подумал, что интересен мне.
— Хера се, — комментирует мужчина моё появление. — Ну привет, блонди.
От хрипотцы в его голосе у меня по коже бегут мурашки.
От незнакомца так веет опасностью, а мне она совсем не нужна. Прячусь от него за спиной Яра, и вдыхаю с облегчением. Гораздо легче, когда эти глаза-ледышки не прожигают моё лицо жидким азотом.
— Иди в комнату, — шепчет Яр, отгораживая меня спиной.
— Да хорош, Яр. Даже не познакомишь меня с крошкой? Мы же с тобой старые друзья, разве нет?
— На кухне меня жди, — обрубает Ярослав, обращаясь к своему знакомому.
— Полегче на поворотах, брат, — в голосе гостя слышна жёсткая сталь.
Мужчины застывают в коридоре. Напряжённые, пышущие опасной озлобленностью. Два хищника, готовые вцепиться друг другу в глотку.
— Я… сейчас переоденусь и заварю чай! — решаю разрядить обстановку. — Пройдите, пожалуйста, на кухню, подождите нас там!
— Лера… — начинает было Ярослав, но я уже беру его за руку и тяну обратно в комнату.
Вдох-выдох.
Вдох-выдох, Лера.
Соберись с силами и принимай гостя.
Глава 35
Лера
Дзынь-дзынь-дзынь…
Носик чайника дребезжит по чашке.
Я дико волнуюсь, наливая кипяток в кружку гостя Яра.
Никита. Так, вроде, его зовут?
Мужчина вальяжно откинулся на спинку стула. Он огромный. Мощные раскаченные крылья плеч бугрятся под тонкой тканью футболки. Его бычья шея как две моих руки. Заострённые черты лица добавляют свирепости.
В крохотную кухоньку хрущёвки плечистый Яр и его не менее крепкий знакомый явно не вписываются. Они словно заполоняют собой всё пространство, а мне и вдохнуть сложно.
Мужчины молча смотрят друг на друга. Ярослав явно напряжён. Это угадывается в его осанке и бугрящихся мышцах. Он словно застывший перед прыжком лев.
Два хищника, волей судьбы оказавшиеся в одном вольере.
По виду Никиты сложно сказать, о чём он думает.
Я чувствую, как его холодные, расчётливые глаза прожигают во мне дыру.