Возвращение в общий зал прошло гладко. Создавалось ощущение, что принцы очень ловко избежали чужого внимания — никто и не заметил, что они уединились для разговора на балконе. Понятия не имею, как им это удалось провернуть. Но у них богатый опыт таких приемов, так что ничего удивительного в этом нет. Да и продлилась встреча недолго.

Окинув недовольным взглядом вновь шумевший праздником и музыкой зал, я ускользнул в ближайший боковой коридор, подальше от шума и суеты. Хотелось привести мысли в порядок. Обдумать глубину ямы, в которой мы дружно сидим вместе с империей.

Сюрприз поджидал меня ближе к одному из выходов. В каком-то темном закутке возле закрытых дверей рабочих кабинетов городской ратуши страстно сплелась в объятиях влюбленная парочка. Поначалу я собирался тихо пройти мимо — не мое дело. Но парочка явно заигралась, переходя от интенсивных обжиманий и горячих поцелуев к следующему этапу, включающему освобождение от одежды.

Что за непотребство. Нашли место и время! Это все же прием, а не бордель. Разница не велика, но она есть.

Но привлекло меня не это. Света было мало, но достаточно, чтобы понять, что уединиться столь экстравагантным образом решили пажи. Мундир парня говорил о том, что он из академии столичного Эдана. А вот мундир девушки… академия Тирбоза.

Нет, так дело не пойдет. Даже если это Мирра, Шилин-то благодаря росту легко узнать, только любовных драм нам перед турниром и не хватает. Да и не похоже, что они соображают, что творят. Подстегнутый обилием вина инстинкт размножения так сказать взял верх над подавленным этим же вином инстинктом самосохранения.

Парочка так увлеклась, что не заметила, как я подошел. Ухватив парня за воротник кителя, оттаскиваю его от девушки.

— Амита?

Кого я не ожидал увидеть, так это нашу правильную старосту. Даже будь на ее месте Дэя, я бы не так удивился.

— Ты чего… — взбрыкнул парень, уставившись на меня мутным взглядом.

— Исчезни! — резко осадил его я.

Встревать в долгие споры мне не хотелось. Но паж и сам что-то понял, увидев в моих глазах кулак, что в скорости должен прилететь в его челюсть. Средство проверенное — Сагар не даст соврать.

— Слушаюсь! — зачем-то вытянулся он, прищелкнул каблуками на старомодный манер.

Принял меня за мастера-наставника или старшего офицера? Впрочем, так только лучше — и мои кулаки целы, и его челюсть.

Развернувшись, паж академии Эдана, пошатываясь, побрел прочь. А стену он придерживал рукой, чтобы та не упала.

Долбанные чинуши!

Стараясь протащить на прием с принцами побольше своих, они не озаботились приглашениями для мастеров-наставников, прибывших с командами академий. Да что мастера-наставники — ректор академии Тирбоза и тот приглашения от них не получил. А пажи без присмотра слегка пошли вразнос. Молодые, глупые. Да и от полевых лагерей еще не отошли. А местное вино коварно. Пьешь и не чувствуешь опьянения, а потом оно как вдарит по мозгам.

Родовитые стараются держать себя в рамках, но у них и опыта больше. А Амита излишне поддалась влиянию момента. И где Сагар? Именно чтобы таких эксцессов не было я и просил его присмотреть за нашей старостой?

— Зачем? Он говорил, что меня любит! — возмутилась Амита, поспешно застегивая пуговицы кителя.

— Кто говорит? Одаренный, озабоченный подросток мужеского полу? Ты хоть имя-то его запомнила?

Вопрос явно поставил ее в тупик. Амита наморщила лоб, силясь вспомнить. Но ответ явно не приходил в одурманенное вином сознание.

— Он обещал на мне жениться! — выдала она, вместо ответа на вопрос.

— На тебе он и не то пообещает. — Древняя шутка, и не слишком приличная, но под сложившуюся ситуацию подходит идеально. — Ты даже имени этого озабоченного героя не помнишь. У него сейчас все мысли только об одном — возраст такой.

— А у тебя возраст другой? Значит и у тебя все мысли только об одном! — Несмотря на опьянение, с логикой у нее все было в порядке.

— Разумеется, — подтвердил я. — Только о спасении мира и думаю.

— Паяц, — фыркнула Амита, приняв это за шутку.

Я грустно улыбнулся. Сложно быть пророком. Особенно если твоим предсказаниям никто не поверит.

— Но что-то мы увлеклись, — признала она, стремительно заливаясь румянцем.

Хмельное возбуждение наконец-то начало ее понемногу отпускать. Да и не настолько она пьяная. Скорее всего, ничего кроме горячих поцелуев и не было бы. Но лучше я прослежу, чтобы наша староста отправилась спать. Причем одна. Меньше будет проблем утром.

— Возвращаемся в академию. Я тебя провожу.