Что я вообще о нём знаю? Говорят, красив, но на приёмах он не появлялся, и в той части жизни, что доступна для воспоминаний, его нет. Говорят, силён и молод. Что для сильного мага жизни какие-то шестьдесят лет? Самый расцвет сил. А ещё жесток и самовлюблён. Но, это тоже допустимые характеристики, неуверенный в себе слабак, не смог бы удержать власть в своих руках. А ещё у него есть младший брат, которого я как раз помню, и на котором, видимо, и совершила фатальную ошибку, дважды позволив лишить себя девственности.

Тиль был красив, галантен и очень мне по-человечески приятен. И именно после него, я ввела для себя негласное правило, что с любым мужчиной сплю однократно. Ведь я умудрилась запутаться в кавалерах и перед очередным свиданием с Тилем восстановила девственность, запамятовав, что оной он лишил меня неделей ранее. Но, тогда мне показалось, что он не придал этому значения, и ошиблась по-крупному. Тиль тоже враг? Но ему-то это зачем? Стена никогда не признает его, ему не хватило бы сил, да и войска за ним не пойдут — он безответственен и расхлябан, этакий прожигатель жизни. Да и Крей об него ноги вытирал, если судить по рассказам Тиля, но вопрос, а можно ли этим рассказам верить? Не являлось ли сближение со мной, частью большого плана?

Зачем же Крею ребёнок от меня и почему нельзя было его получить традиционным способом?

Что ж, завтра у меня будет возможность получить хотя бы часть ответов на свои вопросы.

Завтра наступило неожиданно быстро. Стоило погрузиться во внутренние чертоги разума, как я погрузилась не только в воспоминания, но и в некий транс, в котором провела время до наступления нового дня. Ориентироваться во временах суток проблематично, когда даже небольшой щёлочки на волю нет, оставалось полагаться только на внутренние часы и на пунктуальность посетителей. Правда, и то и другое не вызывали особого доверия, но это лучше, чем ничего.

Крыска, присосавшись накануне к ране, накачалась моей магии, которую я щедрой струйкой пустила в кровь. Так что, когда я вынырнула из глубин сознания, крыса радовала глаз лоснящейся шкуркой, целыми зубами и здоровым блеском глаз. Не перестараться бы, а то заводить питомца как-то не с руки в данный момент, с другой стороны, жалко её горемычную, тоже пала жертвой обстоятельств и своих крысиных разборок, раз коротает свой срок, запертая со мной.

— Тебе на пользу такая диета, — потрепала по гладкой шерсти грызуна и вся обратилась в слух, ведь где-то вдалеке послышался лязг и топот. — Но нормальную еду никто не отменял и скоро мы её добудем. Нам обеим.

Шаги приближались, но шаги были одни, а значит, шёл только старик с баландой. Что ж, пора разнообразить свой рацион.

Как только дверь приоткрылась, я положила руки на затылок смотрителя. У меня была целая вечность в запасе, чтобы подготовиться, пока он проделывал свой путь в мою камеру.

Миска с жидкой, едва проваренной кашей грохнулась на пол, исторгнув своё неаппетитное содержимое, и укатилась в угол, испугав крысу.

— Иди, мелкая, кушай, — подозвала сокамерницу к липким комьям баланды. Не пропадать же добру.

Старик стоял истуканом и не мог пошевелиться, только в страхе пучил глаза. Его самый страшный кошмар сейчас держал не только руки на его голове, но и саму жизнь в своих.

— Ну что, Грин, готов к смерти? — хмыкнула я, немного смещая левую руку на шею.

Старик рыпнулся было, вот только незадача, тело-то его не слушалось и мне досталась только зловонная лужа на полу камеры. Моей, между прочим, камеры.

— Расскажи-ка мне любезнейший, как ты осмелился держать меня здесь, ты же знаешь, кто я? — самой бы ещё точно быть уверенной, каким я тут положением обладаю, и обладаю ли вообще хоть чем-то.

— Знаю, — проблеял он, когда я разблокировала функцию речи.

— И? Я хочу развёрнутый ответ, — с нажимом произнесла я.

Пришлось опять двигать руками, чтобы остановить сердце и продемонстрировать серьёзность угроз. К сожалению, дистанционное воздействие было мне пока недоступно. Кто-то основательно опустошил мой резерв, а крыса вытянула остатки.

— Сам князь вас принёс в темницу и наказал обеспечить всем необходимым, — дрожа от страха, начал свою исповедь надсмотрщик. — А потом пришла леди Вормс и передала распоряжения.

— Передала? От князя?

— Конечно, кто бы стал её слушать в противном случае, — неподдельно удивился старик и даже дрожать перестал.

— Письменно?

— Была бумажка, да я читать не умею, княжна, мне леди прочитала.

— И тебя не смутили распоряжения? — усмехнулась я.

— Кто я такой, чтобы оспаривать княжескую волю, — философски заметил он.

— Идиот, вот кто. Тебя твоя леди Вормс под смертную казнь подставила, — расплылась я в кровожадной улыбке, пусть смотритель её и не видел, но по голосу явно угадал, что ничего хорошего его действительно не ожидает.