Сквозь сон я чувствовала перемещение меня в пространстве, ласковые прикосновения к оголённой коже, лёгкие поцелуи и шёлк простыней. Опять сбежит?

Ответ я получила, проснувшись, не в пример предыдущему утру, на всё той же кровати я была не одна. Конечно, я сразу почувствовала, кто это так целомудренно расположился поверх покрывала, укрыв второй частью меня, но глаза открывала с опаской.

Недавние события сильно поумерили непоколебимость в собственной силе, а обилие вокруг магов жизни, способных промыть мозги, окончательно добили веру в себя, так что глаз я открывала медленно, осторожно разлепляя ресницы.

— Добрый вечер, — бодро поприветствовал меня Матс, когда в поле зрения единственного приоткрытого глаза, попала обаятельная улыбка.

— Добрый, — распахивая уже оба глаза, отозвалась я. — Вечер?

— Он самый, — ловко спеленав меня в свободный край покрывала, которое мы делили таким причудливым образом, подтащил меня к себе под бок мужчина. — Хочешь узнать, что ты проспала?

Вот ведь искуситель. Только в эту игру можно играть вдвоём. Магия пробежала по телу, устраняя последствия сна, и я во всеоружии обратилась к мужчине:

— Имею право, — надула я губки, в которые тут же получила лёгкий поцелуй.

Еле удержалась, чтобы не прыснуть от смеха ему же в губы, безотказная тактика.

— Докладывай, — отстраняясь, попросила я, с удовольствием отметив, что Матс потянулся следом.

— Граница перекрыта, — шепнул он, едва коснувшись виска. — Послы пытались добиться срочной аудиенции, — и ещё одно касание скулы.

Меня, завёрнутую в одеяло, целовали, гладили и постепенно смещали под крепкое тело, очень крепкое тело. Ну и попутно вводили в курс дел.

После нашего эпичного возвращения и посыпавшихся запросов дипломатов Арн принял решение закрыть все наземные границы и ограничить пространственные перемещения, пока источник утечки не будет пойман. Ведь послов интересовал отнюдь не приём, на который они только-только получили приглашения, их интересовали мои неожиданные гости. Вот так, спустя пару часов после освобождения, всё королевство знало, что я кого-то собственноручно спасла, грязных, измученных и размешенных со всем уважением. Нетрудно догадаться, что выводы будут сделаны правильные и в кратчайшие сроки.

Дров в огонь подсыпали караваны с продовольствием, со вчерашнего дня непрерывным потоком потянувшиеся к нам. Да и Эсмина, в сопровождении целой роты Северных воинов, опустошившая днём хранилища банков в столице тоже произвела фурор.

И это пока ещё о деятельности Артура и судьбе Крея не стало известно широким массам, боюсь представить, какие предположения сделает Лион и чем для моей семьи это может аукнуться.

Новости, конечно, не радовали, но вот способ их доставки очень, так и тянуло продолжать наше совещание до полного погружения в материал.

— Утром Тень отправили в Южный Предел, Артур обещал, сам позаботится о доставке её к другим князьям, — продолжал Матс, уже полностью забравшись под мою тканевую защиту. — Твой друг вообще развёл бурную деятельность, — ревниво заметил Элден.

— Это он ещё не поправился, — хохотнула я, умилившись реакции Матса на упоминания об Артуре.

— И дядя очень желает с тобой переговорить, — в завершении доклада, произнёс мужчина, перестав сдерживаться и целуя меня уже по-настоящему.

Бросить бы всё, и принципы, и заботы, но нельзя. Лекси неожиданно стала взрослой девочкой.

Следующие дни кружились, как картинки в калейдоскопе. Совещания, доклады, беседы, опять совещания. Всю резиденцию заполонили неизвестные или малознакомые люди, декораторы, швеи, повара, слуги, сомнительные личности, приглашённые Артуром. Тень металась по Пределам и не могла найти следов отца, а вот с братом всё было сложнее и проще одновременно.

У Артура в большом количестве имелись подконтрольные ему слуги и чиновники в королевском дворце, поэтому установить местоположение ребёнка проблемой не было, но вот охраняли его на совесть и силами личной гвардии Лиона. Планов подготовили несколько, от силового захвата дворца до диверсии и тайного похищения. И все планы упирались в отсутствие информации об отце.

Я тянула до последнего, слишком велика была вероятность, что при удачном освобождении брата, отцу тут же подпишут смертный приговор. Да и для ребёнка я не просто посторонний человек, а, скорее всего, усилиями Лиона — враг. Готова ли я была пожертвовать отцом ради спасения незнакомого ребёнка? Как бы это жестоко ни звучало, но нет. Да, я обязана попытаться, даже не из чистого человеколюбия, а чтобы забрать возможный козырь из рук врагов, но на чрезвычайный случай был разработан ещё один план, о котором знали только трое: я, Артур и Матс, неотступно следующий за мной. Ребёнка в руках врагов к началу приёма не будет в любом случае.