Шрифт:
— Я не могу вот так бросить её… — сажусь и опускаю лицо в ладони. — Она мне нравится!
Нравится не то слово! Я стал одержим этой девчонкой с двумя косичками… вчера ходил в бар, думал нажраться и подцепить кого-нибудь. Отвлечься от мыслей о ней, которые уже отдают каким-то нездоровым помешательством! В итоге я просто нажрался и отказал всем бабам, которые ко мне клеились! В каждой новой я искал хоть что-то похожее на НЕЁ! И не находил… всё не то! Они не она!
— И что ты предлагаешь? — Андрей складывает руки на груди. — Не давать ход делу? Оставить твоего отца в тюрьме? Ты серьёзно готов пойти на это?
Обречённо вздыхаю.
Блядь, когда уже это помутнение у меня пройдёт?! Оказывается, испытывать к женщине что-то кроме похоти очень мучительно…
— Нет, — наконец, отвечаю Андрею после долгого молчания. — Мы должны его вытащить…
— Ты же понимаешь, что будет, когда она узнает? — голос Андрея отдаёт металлом.
— Может, она не узнает? — спрашиваю с призрачной надеждой.
— Да? Когда её отца закроют, она непременно захочет выяснить, по какому делу, и тогда…
Перед мысленным взором встаёт лицо Олеси… Крупные слёзы катятся из её больших карих глаз… Губы дрожат, она смотрит на меня с ненавистью…
— С каждым днём мы рискуем, что её отец узнает о нашем визите на дачу. Если он полезет в ту папку, и увидит, что документы допросов пропали… Он точно всё узнает! Ты понимаешь, что мы рискуем свободой твоего отца?! Весь наш план может пойти к чертям!
Андрей снова принимается ходить туда-сюда по комнате, испепеляя меня взглядом.
— Я тебя понял, — цежу сквозь зубы.
Ненавижу его за то, что он прав!
В груди начинает неприятно ныть. Это чувство мне совсем не нравится!
Поднимаюсь с кровати.
— Только давай не сегодня, идёт? — предлагаю ему.
— Не сегодня… — Андрей хмуро пожимает плечами. — Ладно.
— Сегодня мы притворимся в последний раз.
— Как скажешь.
Андрей тяжело вздыхает и прислоняется спиной к стене.
Впервые за долгое время я снова смотрю ему в глаза. И, к своему удивлению, вижу в них печаль и усталость.
— Тебе, ведь, она тоже нравится? — спрашиваю, прищуриваясь. Слежу за его реакцией.
Андрей смотрит в сторону. Сжимает челюсти.
— Это неважно, — уклончиво отвечает. — Иди в душ.
Андрей хлопает меня по плечу и отворачивается.
Что ж… ладно, если он не хочет это обсуждать, я настаивать не буду!
Беру футболку и иду в ванну. Включаю воду и становлюсь под горячие струи.
В голове зреет план… Что если…? Да нет, это конечно, полное сумасшествие! Однако…
Разминаю шею.
Ладно, быть может, идея и не так плоха. Только придётся действовать быстро. Многое успеть…
И чтобы всё получилось, сперва мне нужно… позвонить своей матери!
Глава 37
Олеся
Всю неделю я пыталась отвлечься от собственных проблем. Для меня лучший способ сделать это — с головой погрузиться в чужие! Я так и поступила. Последние несколько дней мы с Лерой помогали Василине разузнать побольше о тёмных делишках ей сводного брата. Влад оказался совсем не так прост. Лера, вообще, восприняла всю ситуацию очень близко к сердцу и рисковала, чтобы добыть нужную информацию… Теперь, дело за малым. Нам нужно будет совершить последнюю авантюру, и Влад будет разоблачён!
Если честно, я ужасно сочувствую Васе… Представить не могу, что она чувствует сейчас! Будь я на её месте, не знаю, смогла бы простить, если бы Андрей с Никитой скрывали от меня, что они преступники! Мне от родителей передалось обострённое чувство справедливости. Терпеть не могу ложь и увиливания! Так что хорошо, что мои мужчины ничем подобным не занимаются…
Кстати, о них. За всей этой кутерьмой с тайной слежкой за Владиславом Романовичем я так переволновалась, что не успела сделать то, что должна была. Я так и не ответила себе на вопрос о том, кто их них мне больше нравится!
Всегда, когда я не могу принять подобное решение, я составляю список «за» и «против».
Надеюсь, этот верный способ мне и сейчас поможет…
Откидываюсь на подушки в своей комнате и достаю блокнот. Расчерчиваю лист на две части.
Один столбец это «Андрей»
Другой — «Никита».
Кусаю карандаш, пытаясь привести мысли в порядок.
Наверное, даже хорошо, что мы с ними на этой неделе почти не виделись.
Плохиш прогуливал пары.
А Андрей провёл лекцию, а потом вылетел из кабинета быстрее, чем я успела встать из-за парты… Ладно, видимо, и ему тоже нужно время…