Помимо вояки с пулеметом, следящего за ним, Бесом, из танка выбрался еще один солдат.

По прикидкам Беса этот должен был быть последний, и по идее он не был штурмовиком, это должен был быть водитель-механик. Но кто их, военных людей, знает… Рассчитывать, что это слабый противник, не стоило.

Что касается самого Филина, то его видно не было. Он, похоже, скрылся в кабине. А вот пулемётчик и солдат, разойдясь чуть в стороны, уже двигались к Бесу, словно бы окружая, пытаясь зайти с противоположных сторон. И не надо быть семи пядей во лбу, чтобы понять, что сейчас его просто обойдут, прижмут огнем, ну, или закидают гранатами.

Бес выдернул из кармана термобарическую гранату, активировал ее, выставив на 3 секунды, и, не высовываясь, метнул в сторону пулеметчика. Отсчитал про себя «раз, два», и выбежал из-за укрытия. Пулеметчик в это время менял позицию, но, завидев Беса, все же попытался его достать.

Собственно, на это последний и рассчитывал.

В тот миг, когда Бес вылетел из-за контейнера, до взрыва гранаты оставалось еще почти полсекунды, и солдат, захвативший в прицел его фигуру, не успел прикрыть глаза, думая, что Бес метнул обычную, осколочную.

Когда вспыхнула огненная сфера, исторгаемая термобарической гранатой, боец находился на безопасной дистанции, однако его теплозрение из-за столь яркой вспышки попросту вырубилось, спасая глаза от перегрузки.

Пока здоровяк яростно палил наугад, Бес пулей проскочил к следующему укрытию. Второй противник успел выстрелить, но его очередь даже близко не попала в цель, а на вторую уже не осталось времени.

Как он, мать его, вообще заметил Беса? А…понятно. Маскировка уже слетела…

Двери ангара взорвались в яркой вспышке пламени, и в них, разбрасывая широким хромированным бампером металлические куски, влетел гравилет. На крыше боевой машины была смонтирована ракетная установка, которой она столь эффектно разнесла ворота.

За рулем бешеного гравилета восседал очень злой Тапок.

В широком заносе он кинул машину в боковое скольжение, поливая из курсового оружейного блока двоих бойцов Филина. Здоровяк, надо отдать ему должное, обладал поистине звериными инстинктами. Как только первые пули ударили вокруг него, он прыгнул на пол и, не поднимаясь, прямо на четвереньках уполз за одну из опорных ног шагающего танка.

Второй боец был не столь расторопен, и град пуль просто опрокинул его, хоть и не смог пробить броню. Пока он возился на земле, пытаясь подняться, Тапок высунул из окна руку с пистолетом и несколько раз нажал на спуск.

Подсознательно он ожидал, что сейчас его пули высекут искры и отрикошетят, но все же это был обычный солдат, пусть и в хорошей броне, а не боевик чужих. Выстрелы бронебойных пуль из пистолетов Тапка пробили его защиту, пронзили тело под ней.

Боец еще дергался, умирая в луже собственной крови, когда Тапок перенацелил ракетную установку на то место, где укрылся последний боец Филина, и нажал на гашетку. Четыре ракеты сорвались с направляющих, накрыли огненными вспышками ногу робота. По идее никто там уцелеть не должен был, но из поднятой взрывами пыли вдруг застрочил пулемет. Пули затарабанили по корпусу гравилета, прошивая его насквозь.

Если бы не феноменальная реакция, то тут Тапку и пришел бы конец — первая же очередь прошила броню так, как будто та была сделана из бумаги. Вот только вместо кабины Тапок в последнюю секунду смог подставить под выстрелы двигатель и бок машины, резко рванув рычаг управления и выкрутив газ.

Противник не собирался на этом останавливаться и продолжил поливать гравилет градом пуль. Правда, его суперимплант, похоже, все-таки отказал после вспышки термобарички Беса, и он палил просто куда придется, стараясь вывести гравилет из строя или же убить пилота.

Бес тем временем совершил очередной отчаянный рывок и сумел добежать до трупа второго противника. Укрывшись им, как щитом, он повторил операцию с отсечением конечности и активацией с ее помощью оружия. На этот раз у него было время, так что он прихватил с подвесной трупа еще и пару магазинов.

Дождавшись, пока неожиданные маневры Тапка повернут стрелка к нему условным «боком», Бес сощурился и, примерно определив место, где сидел пулеметчик, выпустил туда полный магазин, а затем второй. Из темного пространства за ногой робота на свет выпал пулемет, а следом за ним, пошатываясь, вышел и его хозяин.

На груди у него зиял десяток пробоин, оставленных пулями из автомата. Левая рука повисла плетью, но все же он сумел сделать еще пять шагов вперед, и даже попытался выхватить пистолет, но не смог: упал на колени, попытался встать. Не смог. Приподнял голову и, словно бы смирившись с неизбежным, окончательно успокоился.

В тот миг, когда голова вояки со стуком рухнула на пол, громадина танка пошевелилась, и нога размером с гравилет Тапка оторвалась от пола, начала подниматься.