— Почему именно сейчас Гектор дал тебе отряд? — спросил я брата.

— А ты не догадываешься? — он приподнял бровь и тут же переключился на свое оружие, проверяя кобуру.

— Видимо, ты стал совсем взрослым мальчиком, — усмехнулся я, сплевывая себе под ноги.

— Видимо, — кивнул он головой и двинулся вперед, вскинув свой автомат. Я шагнул следом, слегка щурясь от яркого солнца.

— Идем на восток, смотрим в оба, и не забывайте прикрывать друг друга, — Кристофер быстро шагал в сторону восходящего солнца. Я отогнал непрошенные ассоциации и стал продвигаться вперед.

Мое тело жаждало крови. Я хотел убивать.

Первое гнездо оказалось всего в получасе ходьбы от границы. Лысые головы лениво копошились между камней, периодически выскакивая на поверхность. Кристофер молча опустил руку, призывая нас укрыться за камнями. Я прислонился спиной к шершавому камню и проверил свою обойму. Дин, который стоял чуть впереди меня, вытащил бинокль и навел его на группу тварей.

— Похоже, что это гнездо, — тихо произнес он. Кристофер согласно кивнул головой.

— Зачищаем, — брат шагнул вперед и вышел из-за камня на открытое пространство, — только без глупостей.

Его быстрый взгляд на меня подсказал, что эта фраза относится только ко мне, а не ко всему его отряду. Что сказать, я счастливчик по жизни.

Делая короткие очереди, мы быстро двигались вперед, стараясь уложить как можно больше уродов. Мои глаза стало застилась красным. Я видел только монстров, которым хотел вцепиться в глотки, чтобы искупаться в их крови. Моя потребность в насилии перешла на новый уровень.

Пугало ли это меня?

Черта с два. Я приветствовал боль. Только она еще говорила мне о том, что я нахожусь среди живых.

Мой затвор щелкнул, и я вытащил вторую обойму, но движение сбоку привлекло мое внимание. Твари стали обходить нас с боков, стремясь загнать в ловушку. Нахуй. Я откинул автомат в сторону и вытащил свой тесак. Адреналин вскипел под моей кожей, подталкивая к действиям. Отрубая конечности, я наслаждался видом их крови. Я наслаждался страданиями, которые отражались на их — искаженных от боли — уродских лицах. Мне надо было почувствовать, как жизнь покидает их тела, и ни одна пуля, выпущенная из ствола, не даст этого ощущения.

Брызги крови стали покрывать мою броню, они попадали мне на лицо, разукрашивая мой мир в красный цвет. Отряд двигался следом, автоматные очереди не стихали ни на минуту, четко выполняя свою работу, судя по горе тварей, через которую приходилось уже пробираться, чтобы добраться до входа в гнездо.

— Пол, — Кристофер откинул автомат за спину и теперь вытаскивал свой Глок, моментально делая одиночные выстрели.

— Что? — крикнул я ему, снеся тесаком очередную голову. Кровь заливала теперь большую часть песка под нашими ногами, и мне это чертовски нравилось.

— Не гони так, — крикнул он, держась за моей спиной.

— Держись позади, — отозвался я, перепрыгивая через кучу плоти. Впереди оказался вход в гнездо, поэтому я без раздумий шагнул внутрь, крепко стискивая рукоять своего тесака. Пещера встретила меня вонью, темнотой и сыростью, — все, как я люблю. Двигаясь по проходу, я внезапно споткнулся и успел выставить руку, чтобы не улететь головой в стену. Один из уродов прыгнул мне на спину, от этого толчка я по инерции пролетел вперед, но тут же развернулся и стащил его с себя, пока он не успел вонзить свои гнилые зубы в мою шею. Ухватившись за его горло, я прижал урода к стене и с силой сжал гортань. Лысая голова дергалась под моими руками, его искривленные руки и ноги молотили по моему телу, в надежде выбраться из хватки. Но я продолжал сильнее сдавливать его горло, наслаждаясь тем, как он щелкает зубами, цепляясь за воздух. Его глаза стали выпячиваться из глазниц, когда я крепче сжал ладонь.

— Ты хотел разорвать мне горло, урод? — процедил я сквозь стиснутые зубы. Шипение со свистом выходило из искаженного рта мутанта. Я знал, что он не сможет мне ответить, но это не имело никакого значения для меня. Я буквально мог чувствовать, как кровавая завеса опускается над моим сознанием, затуманивая мое зрения и лишая инстинкта самосохранения.

Все, что я мог ощущать в этот момент, так это невыносимое желание разорвать мутанта на части.

Я хотел скользить в его липкой густой крови, я жаждал почувствовать его страх на кончике своего языка.

Мне хотелось, чтобы он меня боялся.

— Я убью вас всех, каждого, — я приблизил свое лицо к его отсутствующему уху, на месте которого зияли пустые дыры, — я искупаюсь в крови всех твоих сородичей. Если для этого надо залить весь мир кровью, я это сделаю.

Вонзив тесак в живот твари, я медленно стал направлять его вверх, прорезая внутренности острым лезвием. Бульканье и свист выходили из гнилого рта урода, пока, наконец, кровь не закапала на его подбородок. Я разрезал его до грудины, но он продолжал таращить на меня свои, налитые кровью, мутно-белые глаза. Услышав крики снаружи, я дернул головой, после чего крепче схватился за его горло и сжал со всей силы, отнимая жизнь у твари. Можете назвать меня чудовищем, монстром, мне поебать. Когда мои руки залиты чужой кровью, когда я ощущаю ее металлический запах и привкус — только тогда в моей голове наступает просветление, и только тогда я чувствую, что еще живу.