Комендант отложил в сторонку мачете и стал расхаживать по кабинету.

– Может быть, промахнулись с доставкой груза? – спросил он.

– Вряд ли, – усомнился я.

– А что, если это был метеорит?

– Да непохоже.

– А на что похоже?

– На летательный аппарат.

– Думаешь, тюремная баржа?

– Точно не баржа. По размерам не подходит.

– Остаются два варианта: вынужденная посадка корабля снабжения или… – Комендант выдержал театральную паузу. – Или начальство наконец прислало вам замену.

По моим губам скользнула мечтательная улыбка. Этот вариант мне очень понравился.

В разговор вклинился Сапог:

– Да стопудово, наши! Мое армейское чутье меня ни разу не подводило!

– Это не аргумент, – ответил Комендант.

– Ты меня что, за салагу держишь? Я ветеран, у меня медалей не счесть! Мне генерал Каюмов благодарность объявил! Лично! – истерично прохрипел Сапог.

Наш ветеран славился своим хамством и грубостью. Он был единственным, кто «тыкал» Коменданту. Тот относился к этому нарушению субординации снисходительно, наверное, полагая, что Сапога уже не исправишь.

– Так что? Когда выдвигаемся? – резко сменив тон на заискивающий, спросил Сапог.

– «Выдвигаемся»? – голем снова взял в руки мачете. – Для начала доложите, кто разрешил вам оставить пост?

– Что? Какой, к черту, пост?! Когда… Когда… Звездолет! – захлебываясь словами, затараторил Сапог.

– Самовольное оставление боевого поста приравнивается к дезертирству. По законам военного времени дезертирство карается расстрелом на месте, без суда и следствия. Но так как мы живем в относительно мирное время, ограничимся штрафом и записью в личном деле, – отчеканил Комендант.

– А я не покидал пост, я в увале. Сегодня Проныра заступает, – нашелся подлюка Сапог.

А я сказал:

– Штрафуйте сколько влезет. А еще лучше увольте и отправьте домой.

– Оштрафую, не переживай, – закивал наш главный и стал размышлять вслух. – Так, давайте подобьем бабки. У нас есть два варианта: неудачная посадка или аварийное приземление… Для начала надо составить рапорт и отправить куда следует.

Тут и я не выдержал:

– Да какой, к черту, рапорт?!

Меня поддержал Сапог:

– Комендант, нужно поторапливаться. До места посадки или… крушения путь неблизкий. И время нас ждать не будет. Пыжи уже туда, как пить дать, намылились. Тут дело такое, кто успел, тот и съел.

После непродолжительной паузы тот, кому по должности было положено принимать решения, произнес:

– Ладно. Даю добро. Предлагаю назвать нашу поисковую экспедицию «Дорога перемен». Вопросы есть? Вопросов нет.

– Вот это по-нашему! – просиял Сапог.

Но веселился он недолго.

– Ты остаешься в Форте, – огорошил его голем.

– Остаюсь?

– Так точно. Я сам возглавлю поисковый отряд. А на время моего отсутствия командование Фортом примет старший техник Гуччин.

Сапог весь позеленел от злости:

– Гуччи? Этот кретин будет мной помыкать? Мной? Ветераном! Да у меня медалей не счесть! Мне генерал Каюмов благодарность объявил! Лично!

Уязвленное самолюбие Сапога рвало и метало. Сначала он уговаривал Коменданта взять его в отряд, бравируя своим боевым прошлым, – не сработало. Потом умолял, чтобы его поставили главным вместо Гуччи, – и опять мимо лузы. И тогда Сапог перешел на угрозы. Тут я еле сдержал смех. Угрожать? Кому? Боевому роботу? О, наш ветеран точно был не в себе!

– Я буду жаловаться! – закричал вконец отчаявшийся Сапог.

Это был предел.

«Как низко ты пал в глазах моих, брат по оружию! А ведь я и так был невысокого мнения о тебе», – подумал я, чувствуя, как засвербело в скулах от желания поскорее поведать об этом историческом падении Циклопу, который бы по достоинству оценил произошедшее.

Реплику ветерана Комендант встретил своим самым лучшим смехом.

– Что касается жалобы – пиши, имеешь полное право, – нахохотавшись вволю, сказал он.

– И напишу, – огрызнулся Сапог.

– Даю вам час на сборы, и выдвигаемся, – постановил руководитель поискового отряда и огласил список тех, кто отправляется с ним.

Мое имя он назвал первым.

Вот ведь не было печали, да черти накачали. Была бы моя воля, я бы сразу же, без раздумий поменялся с Сапогом местами. От ветерана проку в походе всяко больше, а мне самое место здесь, на караулке. Но как убедить в этом Коменданта? Ответ только один – никак.

Также в отряд вошли отец Никон, Циклоп и Мира. Капеллан и мутант были неплохими стрелками, а медичка – на тот случай, если на борту звездолета окажутся раненые. А вот кандидатура Циклопа меня немного смущала. Мутант ни разу не покидал пределы Форта, и взять его с собой означало нехило так подставиться. Да будь он хоть трижды Вильгельм, мать его, Телль, в бою я бы предпочел стоять плечом к плечу с опытным и обстрелянным Сапогом.