Глаза сержанта загорелись.

– Что от нас надо?
– мысли Миши полетели в нужном направлении.

– Быть в субботу на КПП и пропустить машину с краном.

– Сколько заплатят?

– Не знаю, давай по пробуем и узнаем. По рукам?
– предложил ему.

Сержант задумался на секунду, а потом протянул руку.

– По рукам конечно.

У меня прямо зачесалось в одном месте. Мне срочно нужно к отцу Мии. Он упоминал об связях на рынке вторсырья, но сможет ли организовать вывоз металла, это вопрос.

Вернулись мы ближе к шести и я умотал в город. Мия была дома, а вот отец должен был приехать через час.

– Что ты думать?
– спросила она.

– Приедет отец расскажу.

Мне пришла мысль прогуляться по городу, успокоиться и всё обдумать. Через час меня ноги принесли обратно. Баркас стоял во дворе.

Отец Мии принял меня и выслушал моё предложение с указанием примерного веса того, что мы готовы предоставить.

В конце разговора решил их добить ценой вопроса.

– За тонну, мы хотим тридцать марок.

Мужчина на долго задумался, крутя в руках подшипник и наконец ответил.

– Морген, равно.

– Что?
– не понял я.

Отец про кухтал Мии по немецки и она перевела.

– Завтра отвечать.

– Понял, принял, осознал. Как найдемся? Мне ходить или вы меня искать?
– подражая Мии, немного коверкая речь, я спросил их.

Мия спросила отца, тот кивнул.

– Ходи.

На следующий день вечером у них в гостях сидел мужчина в поношенном костюме, ничего примечательного прямые европейские черты, на голове лысина, уши немного вздернуты, но от этого казалось, что он всё время нервничает. А может так оно и было, я не понял. Мия переводила наш разговор.

Мы обговорили условия, они оказались просты. Я и бойцы полигона предоставляем доступ к металлу, он вывозит своим транспортом, за это он платит одну треть от цены металлолома.

– Гер, надо понимать что это разовая акция и дальше наше сотрудничество будет зависеть от вашей жадности. Если всё пройдёт хорошо, то там металла не на один железнодорожный состав, вы сами понимаете перспективу. Да и ещё вы можете обратиться к местным офицерам, но незадача в том, что они не будут работать за одну треть, минимум половина, а то и больше.

Мои тридцать марок его не устроили. Я решил немного по ванговать.

– Друг мой, по моим прогнозам, мы стоим на пороге больших изменений, ваше новое правительство делает огромные шаги по сближению с ФРГ. Подписание экономического союза дело не ближайшего года, это дело ближайшего месяца, а знаешь что это значит?

Немцы уставились на меня, не понимая о чем я говорю.

– Это значит, вы уважаемый через месяц сможете продать этот металлолом за границу, за бундесмарки. После объединения экономик, объединение Германии можно считать делом решены, с согласия совет юнион в течении года, без оного дольше.

– Ха-ха-ха, - заржал немец, отец Мии, так же шмыгнул.
– Вы говорите об общей экономике с западными немцами?

– Да. К концу лета, а скорее раньше, вы сможете торговать по всей Германии, только там рынок, а у вас не связей, не знакомств, ничего кроме цены.

Немец веселился, от души. Я же пожал плечами.

– Верить, не верить ваше право, но мы немного отвлеклись, уважаемый, от темы нашего заседания. Как вы будите платить, за наше предприятие?
– мой голос вернул размечавшегося немца на землю.

– Загружаем металл, у себя взвешиваю и продаю его и расплачиваюсь с вами, - предложил хитрый немец. Из бумаги, что мы подписали, следовало что его звали Юстас. Знал бы ты чей это позывной.

– Нет, Юстос. Загружаешь, по весам крана смотрим вес и расплачиваешься на месте. Только так, - ответил я. Немец немного по кочевряжился про кран, про наличку, но в конце концов согласился.

– Ну, а теперь осталось согласовать цену вопроса. Вы согласны с тридцатью марками?
– я понимал, надо на берегу услышать, да. Иначе потом начнутся ломки и будут обиды, нам этого не надо.

– Десять, - он оказывается сносно говорит по русски.

– Не смешите мои ботинки, пыль полигона стоит дороже, двадцать девять.

– Пятнадцать.

– С вами интересно иметь дело, но эта не та цена за которую я был бы рад услышать. При цене восемьдесят шесть марок за тонну, я думаю справедливо будет. Двадцать семь.

Мужчина за смеялся.

– С вами интересно иметь дело, ставим на двадцати пяти. По рукам?

– Хорошо, но мало. Хотя...- махнул рукой, соглашаюсь. А он очень хорошо говорит по русски.