– Даже таким сильным людям, как ваш дед или вы, надобно знать, что они не одни в самые трудные минуты, полные бед и скорби. Что рядом есть преданные и любящие люди.

Рэндалл с благодарностью кивнул и вновь повернулся к надгробному камню.

– То, что наговорил принц Уилл… Горе сломило его, и он озлобился на весь мир. Вашей вины в этом нет.

Но так ли это? Если бы он не уехал, слепо доверившись одному-единственному письму от Холланда, то ничего из этого не случилось бы.

– Я разговаривал с повитухой, которая принимала роды леди Джоанны. Как бы горько это ни звучало, Анна не справилась бы в любом случае. Она была не готова к родам. Слишком хрупкой была…

Рэндалл пригляделся к надгробию и заметил высеченный рядом с именем цветок ландыша. Нежный, прекрасный, но такой хрупкий… Именно такой и была его любимая сестренка.

– Ее сын… он здесь?

– Да, его воспитанием занимается княжна Аврора. Она души не чает в мальчике, а он зовет ее мамой. Принц Рэндалл… – Алистер снова положил руку ему на плечо. – Аврора бы никогда не предала мужа. Слова Уилла об ее измене – грязная клевета. Принц Тристан уважает ее и относится как к родной сестре, да и она видит в нем исключительно брата.

Рэндалл не сомневался в непорочности Авроры. Даже снег на вершинах Мглистых гор не сравнился бы по чистоте с ее добродетелью.

Он выпрямил спину и размашистыми небрежными движениями стер слезы с лица. Потом, покопавшись в карманах сюртука, вытащил платок и громко высморкался.

– Прости, – пробормотал он, покосившись на Алистера.

Сердце до сих пор ныло от горя утраты, но он не мог позволить себе расклеиться. У него еще будет время для скорби. Эта рана никогда не заживет. Но сейчас его ждали другие, не менее важные дела.

Рэндалл поднялся на ноги и, отряхнувшись, направился к выходу с кладбища. Хлебушек последовал за ним, витая над головой.

– У ворот Вайтхолла собралась чуть ли не половина Аэрана, – сказал Алистер, поравнявшись с ним. – Вы выйдете к народу?

– Да. – У Рэндалла не было выбора. – После аудиенции с народом созови на закрытое совещание тех, кому безоговорочно доверяешь.

Алистер кивнул.

– Княжну Аврору тоже позвать?

Рэндалл удивленно выгнул бровь.

– Зачем? Она никогда не интересовалась политикой.

Алистер широко улыбнулся, и в этой улыбке Рэндалл распознал настоящую отеческую гордость, что сильно его обескуражило. Раньше лорд Грей недолюбливал Аврору и считал ее взбалмошной невоспитанной девицей, недостойной руки принца Ардена.

– Княжна Аврора поумнее многих членов Совета, принц Рэндалл. Вместе с принцем Тристаном она сумела переманить на нашу сторону половину людей Артура, которых он заслал в арденийский Совет. А еще благодаря княжне мы наконец-то решили вопрос с западными дикарями.

Рэндалл с таким изумлением слушал советника, что даже споткнулся о торчащий из земли корень. Его сердце заполнили гордость и безграничная любовь, которые немного потеснили чувство скорби.

– А я говорил, что она невероятная и еще всех вас удивит. – Рэндалл даже не пытался скрыть нежности в голосе.

– Да, вы были правы. Вот только дерзкими выходками она нажила себе врага в лице Артура.

Рэндалл сжал руки в кулаки. Сильнее боли и скорби, что рвали душу в клочья, была только ярость, питавшая его внутреннего демона.

– Я докажу его причастность к покушению на меня и заставлю сполна расплатиться за все мучения, которые по его вине перенесла моя семья.

Алистер остановился. Его лицо приобрело привычную суровость и сосредоточенность.

– Принц Рэндалл, за несколько часов до вашего появления в замке из Фортиса прибыл гонец со срочной вестью. После вашей «гибели» король Алан серьезно заболел, и поэтому делами правления последние годы занимался Артур от его имени. Недавно Алан официально отказался от короны и передал трон Артуру. Коронация состоится через несколько недель.

Глава 4

Аудиенция с народом затянулась до самого вечера.

Люди искренне радовались возвращению законного Хранителя. Каждый пытался подойти к Рэндаллу, пожать руку, поговорить, словно все они хотели убедиться, что он в самом деле жив. Многие горожане пришли с дарами: зерно, овощи и фрукты из зимних запасов, сушеные мясо и рыба, вино и мед, – а кто-то даже приволок овцу, которая блеяла на весь замок. Рэндаллу не хотелось, чтобы крестьяне расходовали свое имущество из-за него, но и отказать не мог – гордые арденийцы сочли бы это за оскорбление. К тому времени, когда последний житель Ардена покинул ворота Вайтхолла, на небе зажглась первая звезда. Легкий морозец сковал ветви деревьев инеем, а на окна набросил узорный покров.