– Не показывай слабости, брат. Помнишь, чему я тебя учил? Никому не показывай, что тебе больно, даже близким. – Голос Артура утратил насмешливые нотки и зазвучал непривычно мягко. – Спасибо за то, что принес. И прощай.

Тристан в последний раз посмотрел Артуру в глаза и заставил себя выдавить фирменную ухмылку.

– Прощай, Артур.

Он встал на ноги и, не оборачиваясь, покинул темницу.

Не запомнив, как добрался до покоев, Тристан приказал служанке наполнить ванну горячей водой. Меган прислуживала ему уже много лет, когда он бывал в Фортисе.

В висках шумело, а тело сковала усталость из-за пережитых волнений и бессонных ночей. Ему хотелось кричать, ругаться и плакать от совершенного им деяния, от несправедливости жизни и безвыходности ситуации. Помогая одному близкому человеку, он предавал другого. Но не мог никак иначе.

Пока Меган набирала воду, Тристан лично сходил в конюшню и приказал подготовить для него экипаж. Он хотел домой. Пусть там ему угрожала опасность от неизвестного преследователя, он хотел отдохнуть. Хотя бы недолго.

Вернувшись в покои, он сбросил одежду и забрался в ванну. Горячая вода приятно расслабляла мышцы, а мыльная пена дурманила голову нежным ванильным ароматом. Тристан откинулся затылком на край ванны и прикрыл глаза. Воспоминания о событиях последних недель поочередно сменяли друг друга, и ему казалось, что он раскачивается на качелях. Вверх и вниз, вверх и вниз. В ушах гудело, дыхание стало прерывистым, словно что-то сдавило легкие и мешало сделать глоток воздуха, а тело слабело, наливаясь свинцом. Образы сменялись все резче, превращаясь в темную пучину, куда Тристан падал бесконечно долго. Как будто он сорвался с обрыва прямо в бескрайний океан, но никак не мог достичь дна. Он задыхался.

– Мой принц! Мой принц! Прошу, очнитесь!

Тристан услышал испуганный крик Меган и звуки плещущейся воды.

Служанка потянула его на себя, и они вдвоем упали на пол. Тристан больно шлепнулся на холодный мрамор и громко закашлялся, освобождая легкие от воды. Мэгги торопливо поднялась с пола и накрыла дрожащего от слабости и холода Тристана большим банным полотенцем.

– Мой принц, вы в порядке? – спросила она со слезами на глазах и погладила его мокрые волосы.

– Чт… что слу-случилось? – заикаясь, спросил он и плотнее закутался в полотенце.

– Вы уснули в ванне и ушли с головой под воду.

Тристан мысленно выругался.

Какого демона?! Он устал, конечно, но не до такой же степени, чтобы заснуть в ванне!

Он начал лихорадочно вспоминать все предшествующие события.

– Мэгги, кто-нибудь заходил в умывальню, когда ты набирала ванну?

– Нет, Ваше Высочество. Но я отлучалась, чтобы принести вам фрукты и вино. Когда вернулась, вы уже залезли в воду и уснули там.

Тристан встал с пола и, пошатываясь, направился в комнату. Его тело все еще было слабым.

Мэгги последовала за ним. На ее лице застыл ужас, но, несмотря на пережитые волнения, она не сдержалась и громко зевнула.

Он замер.

– Мэгги, каким мылом ты вспенила воду?

– Как обычно, вашим любимым, Ваше Высочество. Травяным.

Тристан обернулся к ванне, над которой по-прежнему висело мягкое облачко пара, источающего сладкий ванильный аромат.

Кто-то снова пытался его убить, да так, чтобы это походило на несчастный случай.

«Порочный принц так напился, что уснул прямо в ванне».

Звучит весьма правдоподобно.

Тристан горько усмехнулся и протер краем полотенца лицо. Интересно, его испытания когда-нибудь закончатся или он так и будет получать пинки от судьбы, пока не умрет от рук врага или сам не сведет счеты с жизнью?

В дверь раздался стук.

– Войдите! – выкрикнул он и прошел к гардеробному шкафу. Ему нужно срочно собираться в путь. И неважно, что действие снадобья, которое ему подлили в воду, все еще не прошло.

– Ваше Высочество! – На пороге показался слуга. – Меня прислали оповестить вас и других членов вашей семьи, что полчаса назад в темнице обнаружили принца Артура.

Тристан напрягся всем телом.

– Что с ним? – спросил он безжизненным тоном, ибо прекрасно знал ответ.

– Он мертв, Ваше Высочество. В кармане его сюртука нашли пустой флакон, очевидно, из-под яда.

Тристан кивнул и попросил оставить его одного.

Мэгги снова спросила, не позвать ли лекаря, но он отказался от любой помощи. Она распахнула в комнате окна, чтобы выветрить аромат дурмана, и тоже ушла.

Как только дверь за ней закрылась, Тристан рухнул на кровать и сдавленно зарычал в подушку, борясь с душившими его слезами.