Наконец они остановились.

Вокруг царила тишина. Поэтому, когда резко раздалось уханье совы, сопровождаемое треском веток, Аврора вздрогнула.

– Проклятье, она приходит в себя. Нужно уложить ее в повозку, пока она не очнулась и не увидела нас, – сказал мужчина, шедший рядом.

– Она просто пошевелилась во сне. Мне сказали, такое возможно после принятия снадобья. Прекрати паниковать.

– Давайте живее, – неподалеку прозвучал новый незнакомый голос. – Я уже заждался вас.

– Пришлось немного задержаться, чтобы все прошло гладко. Вайтхолл охраняется похлеще тюрьмы в Фолке.

– Я чуть не окоченел из-за вас. Кладите девчонку в повозку и накройте этим одеялом с головой, чтоб не было видно. Она точно не очухается, пока я не передам ее Соколу?

– Она не очнется до самого утра. А даже если очнется, будет беспомощна, как младенец. Снадобье, что я подсыпал ей в чай, убойное.

Аврора все силилась понять, кому же принадлежит голос. Это явно был кто-то из прислуги Вайтхолла, но она никак не могла понять, кто именно.

– Давайте поторапливайтесь, – проворчал тот, кого, видимо, звали Хартом.

Снова раздался хруст снега под ногами, а потом Аврора почувствовала, как ее укладывают на что-то твердое и холодное. Она бросила все силы на то, чтобы удержать в руке металлическую застежку. Похититель уже убрал руки, как вдруг раздалось громкое карканье. Мужчина вздрогнул, резко выпрямился, и, о чудо, застежка оторвалась от его одежды, оставшись в руке Авроры, а он даже не заметил.

– Смотри в штаны не наложи из-за птички, – рассмеялся его спутник.

– Иди-ка ты в пекло! Принц Рэндалл вечно таскается с этим вороном, и если в замке слышно карканье, значит, он где-то поблизости. Вот я и вздрогнул.

– Не паникуй, вряд ли принц сейчас выскочит из кустов спасать любимую. Мне его даже жаль. Только вернулся, а у него жену утащили из-под носа.

Сердце Авроры сжалось от боли. Их снова пытались разлучить.

«Рэй», – беззвучно прошептала она, когда Харт сел в повозку и рассек воздух кнутом. Лошадь заржала, и повозка тронулась в путь.

Аврора открыла глаза и немного отодвинула толстое одеяло из грубого сукна, чтобы осмотреться. Сквозь пелену снега она с трудом различила две удаляющиеся фигуры, а затем приподняла руку и посмотрела на металлическую застежку. Зрение еще было мутным, вокруг царил мрак, и поэтому она не заметила ничего особенного на застежке. Несколько минут у нее ушло на то, чтобы нащупать ленту в своей косе и вытянуть ее. Еще столько же времени потребовалось, чтобы вытащить руку из-под одеяла и выбросить на обочину дороги металлическую застежку вместе с лентой.

Ее будут искать. Рэндалл перероет весь Арден, только чтобы найти ее. Она очень надеялась, что снег поутру будет не слишком глубокий и собаки-ищейки сумеют обнаружить оставленный ею след. Полностью обессиленная, Аврора закрыла лицо одеялом, чтобы спрятаться от падающих белых хлопьев, и снова погрузилась в тяжелый как каменная глыба сон, вызванный действием снадобья.

* * *

В следующий раз, когда Аврора очнулась, было уже светло. Старая повозка сменилась на карету, грубое суконное одеяло – на песцовую шубу. Но руки и ноги были по-прежнему связаны. Она оглянулась по сторонам и обнаружила, что не одна. Напротив нее сидел рыжий бородатый мужчина не старше тридцати пяти лет. Его пронзительные зелено-голубые глаза неотрывно следили за ней.

– Доброе утро, княжна Аврора, – поприветствовал он ее спокойным тоном. – Как вы себя чувствуете?

– Кто вы? – охрипшим, едва слышным голосом спросила Аврора и попробовала высвободить руки.

Мужчина заметил ее попытки и слегка приподнял уголок рта, но взгляд его оставался безучастным.

– Не стоит тратить силы понапрасну. Снадобье, которым вас опоили, имеет побочный эффект. Вы несколько дней будете испытывать слабость, а любое движение отберет много сил.

– Кто вы такой и зачем похитили меня? – Аврора бросила взгляд на занавешенное белым тюлем окошко. Сквозь него виднелись лишь голые поля. Она понятия не имела, в каком направлении они едут.

– Меня зовут Тэренс, и вас никто не похищал. Считайте это поездкой в гости к близким родственникам.

Аврора напряглась. Неужели это дело рук Артура? Но своими предположениями она не стала делиться вслух.

– Родственники, – повторила она, намеренно выделив это слово, – обычно высылают приглашение, а не опаивают какой-то дрянью и не связывают по рукам и ногам.

Во рту было очень сухо, в висках пульсировало, но Аврора старалась не подавать виду. Видимо, получалось у нее из рук вон плохо.