— Дерзишь, да? Хочешь, чтобы мы с тобой по-другому поговорили?

— Нет.

— Хорошо. Так почему ты грязный?

— Готовился к зачету.

— Ты опять таскал трупы через черный ход! И сидишь еще в вагоне для аристо! Сука, весь курс давно знает, что ты мой… — и он произнес одними губами «подданный», — а значит, все твои косяки сразу же отражаются на мне и на моем роду. Ты когда последний раз брился?

— А тебе не похер? Где ты, а где я?

— Нет! Я тебя в следующий раз побрею вафельным полотенцем!

— Воу, друг, придержал бы ты коней, — хохотнул я. — А то, чую, прозвище Живодер Ивану дали не за красивые глаза.

Николай тут же оглянулся на меня.

— Это еще что за новое лицо?

— Я — просто Женя, — пожал я плечами.

Вся четверка парней пару секунд лупила на меня глаза.

— Ничего себе, какие нынче новенькие смелые пошли, — криво усмехнулся Николай и, мигом забыв про Ивана, переместился за мой столик.

Его свита мордоворотов обступила уже меня, но я даже бровью не повел и взял подостывший стакан с чаем.

— А ты смелый для простолюдина… — ухмыльнулся дружок Кудряша, падая на стул напротив. — Ваш брат обычно сразу в штаны делает, стоит ему заметить лишь тень аристо.

— С чего ты взял, что я простолюдин? — спросил я и с совершенно непринужденным видом хлебнул чайку.

Да уж, с тем, что заваривали в усадьбе не сравнить. Ладно, если дело дойдет до драки, плесну им кому-нибудь в глаза, а потом уже переверну стол.

Блин, стол прикручен к полу!

— Манеры ни к черту, — сказал Николай, — но личико у тебя холеное, так что нет, Серый — из наших он. Ты чего вместе с этим балбесом гарпию разделывал?

— Всего лишь помог ему затолкать эту гадость в мусорку.

— Ясно, — Кудряш наклонился ко мне и дернул меня за рубашку: — Тогда советую тебе, дружок, кто бы ты ни был, побыстрее сшить себе форму, чтобы приличным людям тебя проще было от простолюдинов отличать.

Вот оно что! Я снова оценил видок парней и Ивана и понял, что хоть форма одинаковая, но на нем одежда висела как на корове седло, а эти напоминали породистых скакунов.

— Откуда ты, кстати, такой расслабленный? — продолжал допытываться Николай.

— Из Сибири.

— Надо же! — хохотнули сзади. — Далеко забрался птенчик.

— Тихо! — шикнул Николай, не оборачиваясь на очередного подсоса.

Вокруг нас начал толпиться народ. Видать, почуяли запах крови и ждут не дождутся вызова на дуэль?

— Из Сибири? Тогда неудивительно, почему ты такой неотесанный. У вас поди парни до сих пор в париках ходят.

— Только когда холодно.

Парни вокруг нас прыснули, но вот Кудряш оказался до боли серьезен. Давай, начинай уже! Чай стынет и кончается!

— К какому роду принадлежишь, Женя из Сибири? — тихо спросил Кудряш и зачем-то протянул мне салфетку.

— Прости, но я еще новичок, и у меня нет резона нарушить местные порядки, — пожал я плечами. — Говорят тут за то, что ты щеголяешь своими титулами и родовитостью можно и в штрафники попасть?

— Так-то оно так, но… Но мы же все равно узнаем…

И он нехорошо ухмыльнулся.

— Кудряш! — вдруг появился за их спинами здоровенный лось с ярко-рыжей шевелюрой. — Если вы с парнями закончили ужинать, то валите уже в общагу. Через десять минут поезд доберется до депо.

— Не лезь не в свое дело, Феникс! — оглянулся Кудряш. — Кстати, чего ты тут делаешь? Уже вернулись из рейда?

— А чего, не видно?

Рядом с ним тут же встал еще один парень — невысокий, но красивый и с длинной светлой челкой. Он молча уставился на Кудряша и опасно сверкнул глазами.

— У нас с Иваном свой разговор, — сказал рыжий.

Кудряш обжег обоих взглядом, но подчинился.

— Ладно, увидимся еще, просто Женя из Сибири, — хлопнул он меня по плечу, и вся четверка направилась прочь.

Неподалеку я увидел и Викторию. Она проводила всех строгим взглядом, а потом выдохнула. Толпа начала рассасываться.

— Проблемные ребята? — спросил я, пересаживаясь к Ивану, но тот не ответил.

— Проблемные ребята притягиваются магнитом, — хмыкнул рыжий и присел напротив.

Его молчаливый дружок тоже.

— Спасибо, парни… — выдохнул Иван и понуро продолжил жевать свою остывшую еду. — А вот ты, Женя, зря впрягся. Сказал бы уж, кто ты. Точно бы отвалили.

— Нее, — покачал я головой. — Нужно решать проблемы без щеголяния титулами и родами. Это воспитывает характер.