Последние занимали одноместные комнаты со всеми удобствами и богатым убранством. У лордов всё было примерно также, только комнаты были в два раза больше и по желанию могли иметь индивидуальную отделку. Рядовые же члены проживали в двухместных модулях, расположенных в соседнем здании.

Интересно бы узнать, какие условия в самой Академии. Мне всё равно придётся отучиться там какое-то время, чтобы избавиться в звании «младший лорд-защитник» от приставки «младший». К тому же, у полноценного лорда-защитника всегда на порядок больше регалий и полномочий, об этом я был уже наслышан.

Тот же Наговицын, к примеру, мог на законных основаниях пресечь преступление, и в случае активного сопротивления или угрозе жизни, преспокойно отправить негодника на перерождение. Само собой, каждый подобный случай рассматривался специально созданным для этих целей отделом тайной канцелярии.

Выспаться у меня всё же не получилось.

Сначала позвонил Гриша, удостоверился, что я жив и здоров, и сообщил последние новости из жизни Рода, в том числе про возню вокруг меня и Софьи Толоконниковой. По его словам кто-то активно тормозил дело в тайной канцелярии, но кто этот таинственный благодетель, оставалось загадкой. Мне на ум приходила только одна фамилия.

Также наметились сдвиги и с моим наследством от прабабки. Гриша нашёл адвоката, который согласился вести это дело, и просил разрешения оплатить выставленный ему счёт.

Ещё через полчаса в комнату вломился Темников. Он был уже весь при параде, чистый, выглаженный и вкуснопахнущий. Обязательно попрошу Гришу приобрести что-нибудь из последних новинок парфюма, те, что остались от прошлого Паши мне не нравились.

– В общем слушай, мой нюхач выяснил, кто ищет исполнителя. Какой-то барон, Пустоделов, не слышал даже о таком. Наверное, тоже не настоящий или не из местных. Он сейчас на другом конце города остановился. Снимает дешёвый номер в дешёвой гостинице.

– Значит не барон. Или долги отрабатывает, – предположил я.

Таких мне ещё не хватало. Из всех самых опасных людей в мире, самый опасный тот, кто имеет перед кем-то обязательства и большую семью. Ради безопасности близких он перегрызёт глотку самому дьяволу, и его мало что остановит.

– Я тоже так думал, но что-то мне подсказывает, что он просто подсадной. Не зря же о нём все прознали. Был бы настоящим бароном, скорей бы всего, так не светился, а вполне возможно, исполнил бы заказ сам. Сумма-то немаленькая.

– Ладно, разберёмся, что это за птица.

– Тогда собирайся. Демидов сказал, ты на особых условиях здесь, так что тебе и машину выпрашивать.

– Даже так! Показывай куда идти.

Всего на стоянке базы защитников было три вида броневиков. Большие, размером с грузовик, средние, предназначенные для большей манёвренности на пересечённой местности, и малые, способный разместить в себе восемь человек личного состава и полтонны груза.

Барон по опыту предложил третий вариант, который меня полностью устроил. Вместе с нами в город отправились и три клановца, приставленных Демидовым в моё распоряжение, как старшему по званию.

Гостиницу в которой остановился Пустоделов мы нашли сразу. Типичный рассадник клещей, коих в этом районе было немного. Всего несколько сотенных бумажек осведомителю и ты даже знаешь, как человек выглядит, во что одет и каким кремом начищена его обувь. Этот, кстати, пользовался самым дешёвым, из тех, после которых кожа со временем коробится и покрывается характерными разводами.

Уже находясь в самой гостинице, Темникову пришло сообщение, что некто Пустоделов забронировал в одном из ресторанов столик и сделал весьма солидный заказ. Кажется, наша птичка прокололась. Пришла праздновать закрытие своей сделки. Ну что ж, пора познакомиться поближе.

Ресторан и в самом деле оказался простеньким. Десять столов, два официанта и один запыхавшийся управляющий. Уютом здесь и не попахивало. В таком даже свадьбу не закатишь, засмеют. Единственное, что придавало этому месту шарма, были скрипач и саксофонист, поочередно сменяющие друг друга на протяжении всего вечера. Играли они, кстати, неплохо, я даже на какое-то время выпал из реальности, с головой погрузившись в воспоминания.

– Скажи-ка Тёма, что ты думаешь о Шуйской? – очнулся я, когда мелодия прекратилась и в зале наступила тишина.

Сразу по приезду мы заняли самую дальнюю кабинку в зале ресторана, и в ожидании Пустоделова, заказали по чашечке паршивого кофе. Красота!

– Ты серьёзно?

– Я что-то не то спросил?

– Да о ней каждый клановец на нашей базе мечтает. Не видел, как парни в кучки сбиваются и хотят за ней, как цыплята.

– Ну это они, а ты сам-то как?

– Не, мне больше рыженькие нравятся, – уклончиво ответил Темников. – Что поярче люблю, и чтоб простынь обязательно атласная. Белая.