– Заставили же вы меня понервничать, ваша Милость! Я даже свою старую заготовку достал. Думаю, авось пригодится.

– Не ной, Франсик! Знаю я тебя, – Темников вскарабкался на столешницу задом. – Выкладывай, чего хотел?

Техник состроил недовольную гримасу.

– Вообще-то я пригласил только господина Грозина, любезный! В вас нужды не было. Но вы можете послушать! Для начала, вот!

Как и в прошлый раз техник принялся выкладывать на стол разные склянки и банки. Также не обошлось и без очередной партии метательных ножей. Последним Франсуа выставил пятилитровую бутыль, в которой плавали какие-то головастики.

Я придвинулся ближе и постучал пальцем по толстому стеклу. Вода в банке забурлила и к стенке прилипла полупрозрачная клякса с хвостиком.

Да когда всё это закончится?!

«Эй, старик, как это понимать?»

Сигбаурд на этот раз откликнулся сразу.

«Наверное это какая-то шутка? Что это?»

«Я тебя сейчас выселю, дедуля! Почему я узнаю об этом только сейчас?»

«О! Ты про этих милых деток? Это потомство Гульгамота!»

Я хлопнул себя по лбу и прошёлся по комнате. Франсик и Темников, ничего не понимая, смотрели за моими странными действиями.

Если одного Гульгамота хватило, чтобы в городе открылся портал, то что случится, если таких вот «нелегалов» набежит хотя бы двадцать? Да они же весь город в один сплошной разлом превратят! Это что ж будет-то?

– Когда эти штуки появились?

– После вашего ухода. Когда я продолжил работать с образцами. Сделал для вас ещё одну партию, вот она, – техник показал на стоящие передо мной пузырьки. – А потом заготовил запас для себя.

– Ты давал его кому-нибудь? – к разговору подключился Темников.

– Думаете я ничего не понимаю? Конечно же дал! Как я по вашему должен провести исследования? Это же не… Вот же сучий потрох! Я что? Перезаражал всю базу?! Мне крышка, братцы! Демидов с меня три шкуры сдерёт.

Франсуа выпучил глаза и медленно осел на своё кресло.

Только сейчас я понял, что произошло на самом деле. Да, паразиты скорее всего уже запустили процесс адаптации, и скоро шокируют своих новых хозяев, но это не главное.

Если этот процесс не остановить, в этом мире станет на пару десятков одарённых больше. И будут это не какие-то там маги огня или воздуха, а такие же, как я, энергетические симбионты. Только сразу возникает вопрос. В какую сторону их потянет? Ведь когда ты обладаешь уникальным оружием, тебе хочется большего, что ты имеешь или можешь иметь. И ещё, почему они обрели физическую оболочку? Некая степень адаптации? Нет уж, достаточно и того, что уже есть.

– Приготовь списки, Франсик. Всех, кому ты выдал эти зелья. И никого не пропусти. Будем думать, что со всем этим делать, а ты, – я повернулся к Темникову. – Будь добр, постарайся подготовить Демидова к самому худшему. У нас карантин.

***

Время было уже далеко за полночь, когда я вернулся в свою комнату и отправился принимать душ. Из головы не выходили слова техника о нескольких десятках заражённых.

А ещё это Пустоделов. Что если он был не один? Или вовсе был просто пустышкой. Бедолаге поставили блок, а среди стукачей распространили слух, будто бы он ищет исполнителя. А что? Вполне себе правдоподобно. Все заинтересованные бросятся разыскивать заказчика, а другой, настоящий убийца, зайдёт на меня со спины. Надо бы разузнать о пассивной защите. Когда-то этот навык не раз спасал мою жизнь, но привязать к душе его было невозможно.

Займусь этим завтра, когда решу остальные вопросы.

Я допил остатки воды и вышел на улицу. Где-то совсем рядом послышался недовольный женский голос. Кто-то, не скрывая эмоций разговаривал по телефону. Неужели… Другого случая может и не подвернуться.

Я подошёл к двери, из-за которой раздавался женский голос и постучал. С той стороны стало тихо. Пикнул телефон, сбрасывая вызов. Кто-то зашлёпал босыми ногами.

Дверь открылась и передо мной появилась девушка в полупрозрачной ночной рубашке. В одной руке она держала бокал с вином, а второй пыталась закрутить в завиток локон непослушных чёрных волос. На левом бедре сквозь ткань проглядывалась татуировка ввиде сложившей крылья бабочки. Твою ж мать! Почему я не чувствую половину своего тела?

– Сколько тебя можно ждать? Вина больше не осталось, так что без обид, Грозин.

Да что блин за дела-то? Что происходит?

– Честно говоря, я ожидал немного другого!

– Думал, я на тебя с кулаками что ли наброшусь? – Настя усмехнулась. – Зайдёшь, или так и будешь на пороге стоять?

С этими словами Шуйская развернулась и направилась к креслу, около которого на небольшом круглом столике с тремя ножками стояла почти пустая бутылка вина.

В комнате сильно пахло ароматическими маслами и свечным воском. М! Госпожа принимала расслабляющую ванну? Вон и полотенце на двери висит. Интересно, к чему это она так готовилась?

Девушка уселась в кресло и закинула ногу на ногу, не прекращая смотреть мне в глаза.

Как же, чёрт возьми, я тащусь от этого мира!

Я взглянул на чистый пол и ничего умнее, чем просто снять обувь, не придумал. Бахил здесь не было. Тапочек тоже. Так что, как-то так.

– Почему ты приехала к Демидову? – поинтересовался я, когда сел в кресло напротив. Стоило больших усилий, чтобы удержать свои глаза под контролем, которые так и норовили посмотреть вниз. И это, похоже, не утаилось от внимания виконтессы. Она сдержала улыбку, но не перестала непринуждённо покачивать ногой.