— Первый этап операции выполнен, — вздыхаю я, закрыв обратно ставни.

Возвращаемся в хранилище и принимаемся собирать мешки под Мушку, благо она девочка большая и сильная. Одновременно Дасар устанавливает взрыв-артефакт у наружной стены хранилища, сверху заставляем сундуками с золотом, чтобы направить ударную волну точно в стену. Придется пошуметь. Больше никак дракониху не увести из зала, через дверь она не пролезет. Видимо ее принесли в артефакторную еще малюткой, здесь она и вымахала в крылатый БТРик.

— Ну вроде все приготовления закончены, — довольно потирает бороду Дасар, поблескивая вплетенными алмазными нитями. — Филин, взрываем? У меня никогда еще так легко дело не шло. Сейчас вынесем стеночку и улетим, а оставив садиста Бесчлина с полупустой сокровищницей.

В этот момент из холла раздается протяжный скрип, как будто стонет сам замок. Этот звук ни с чем не спутать. Его может издавать только сдвигаемая с места толща стали. Кто-то открывает дверь хранилища!

— Накаркал, дылда, — сплевывает Гумалин.

— В укрытие! — командую я, и группа отбегает за сундуки возле безопасной стены. Мушка, скребя когтями по мраморному полу, запрыгивает в свое гнездо. Я же остаюсь на месте и не принимаю никаких действий, разве что держу наготове всех легионеров.

— Ну как мои хорошие поживают? — мужской голос звучит одновременно вместе со скрипнувшими промежуточными дверями. На пороге возникает остроухий парень-дроу в белой ночной рубашке длиной до пяток. На голове между длинных ушей одет то ли ночной колпак то ли чепчик для сна, расшитый по краям бахромой. Такой носила моя бабушка еще в прошлой жизни.

При виде дроу в ночнушке и чепчике меня едва не продирает смех. Но стоит взглянуть на его накопитель и смеяться уже не хочется. Второранговый Мастер, минимум. А, может, и сильнее — накопитель у дроу своеобразный. И конечно, на него не действует телепатия.

— Замечательно, спасибо, — бросаю я из-под каменного шлема.

Дроу же в ужасе замирает, увидев пропажу приличной части артефактов. А затем только смотрит на меня. Хотя заметил сразу, да и попробуй не заметить каменную махину посреди зала. Вообще не знаю, что он здесь забыл. Видимо, у остроухого фетиш — на ночь проведывать артефакты.

Мы с дроу несколько секунд смотрим друг на друга, паузу затягивается, и я решаю сгладить напряжение комплиментом:

— Зачетный чепчик, моей бабушке тоже нравился этот фасон.

Лорд Бесчлин сдирает с головы головной убор и сжимает в кулаке.

— Где мои хорошие…где мои артефакты? Где ранцы и остальное?

— Мы только пришли, и никаких ранцев не видели, — пожимаю гранитными наплечниками. — Может их и не было?

— Были! — рявкает дроу, его серое лицо покрывается темными пятнами. — Кто вы, мать вашу?!

— У меня очень много имен, — туманно отвечаю. — Но ты можешь называть меня Полный абзац!

— Никогда о тебе не слышал! — рычит он. — Знаешь, что я с тобой сделаю?! Ты у меня горячие угли жрать будешь! Ты…!

Резко вскидываю руки, Дар каменщика активируется, и в дроу вонзается аж четыре гранитных диска. Отсеченные руки и ноги разлетаются в разные стороны, а в падающее туловище прилетает Каменными ливнем, погребая изувеченного дроу под грудой камней. Но лорд Бесчлин и не думает умирать — сознание дроу по-прежнему горит на ментальном уровне. Всё же не зря я подстраховался и так мощно ударил.

Горка камней начинает шевелиться, пара булыжников откатывается с вершины, и показывается серо-розовая рука. Ого, отрастил новую конечность? Я тоже так хочу!

— Взрывай, Дед! — гаркаю я, одновременно обрушиваю на врага Голод Тьмы.

Только в этот раз в темном облаке не раздается привычного скрежета. Дроу как-то нивелировал воздействие темной техники? Не зря я отнесся к нему более чем серьезно.

В следующий миг Дасар активирует взрыв-артефакт, и громкий ба-бах сносит наружную стену. Вернее, проделывает пролом, а дальше я снова врубаю Каменный ливень, и осыпавшиеся кирпичи стены сбрасываются с высоты пятиэтажного дома.

«Уходите!» — бросаю ментальный приказ группе, и она выбегает из-за дальних сундуков, что служили им укрытием.

— А-а, не уйдете! — из-под камней вскакивает дроу, полностью отрастивший себе руки и ноги. Недолго лорд Бесчлин был без своих членов.

Изогнутым движением руки дроу выпускает в меня красный луч. Мигом формирую в руке каменный щит, и толща камня, скрежеща, выдерживает удар. Правда, и сам щит приходит в негодность. Вдобавок его осколки покрываются красными брызгами. Оппа, да это же кровь. Дроу использует высшую кровавую магию.