И вот за бутылочкой «Лакрима Кристи» и чайником «Ромейского» с легкими закусками, пробеседовав для приличия «о погоде» почти час, они добрались до сути разговора. Лазарь сегодня наконец был более решительным.

— Голдочка, я, конечно, понимаю, у Великого князя к тебе все «Ваше высокоблагородие, Голда Баруховна», — вещал поверивший в себя кучерявый крепыш средних лет.

— «Борисовна», Лазарь, «Голда Борисовна», — уточнила с легкой претензией сидящая напротив него точеная медноволосая красотка.

— Ну, пусть «Борисовна», я и сам «Григорьевич», — согласился собеседник. — Но, Голдочка, что этот старик тебе даст? Прости, конечно, но, ты Барух по батюшке, а не по фамилии. Да, и жениться ему не на ровне, после прошлой жены и скандального развода, тетка его точно не позволит. А я замуж зову, — с некоторой обидой продолжил Лазарь.

— Да понимаю я, — вздохнула с сожалением Голда, — но вот кто ж нам потом здесь работать даст?

— Так у меня в Орловском имении можем жить, или к тебе в Иценланд поедем, я инженер известный — не пропадем, — ухватился за поданную надежду кучерявый брюнет.

— Эх, Шемитов, ты был в нашей дыре? — снисходительно сказала собеседница, — Там, конечно, юденланд и иудеев с германо-английскими фенерами поровну, но как при Виндзорах было болото, так и при Ольденбургах болотом и осталось!

— А в имение… — попытался спасти ситуация Лазарь Григорьевич.

— У вас, конечно, красиво и боевой химией не залито, но ведь глушь! Полчаса до Орла. И целый час экспрессом до Первопрестольной! — возразила Голда, — Тебя-то там знают, а кого я заменой отчества обману если я урожденная Голда Дебора Вайцман? Здесь через полгода у меня следующий чин, а там и титул, титул, понимаешь? А это шанс. А на Земле я карьеру не сделаю, да и к тебе больше требований будет.

— В Единстве нет ни эллина, ни иудея, — начал было Шемитов.

— Ах, брось, Лазарь! Здесь их тоже почти нет, — съязвила Вайцман. — И что будет с «Благоволением Императорской Фамилии» если я брошу сейчас Александра Андреевича? — чеканно начала Голда переходя на шепот и напряженно замедляясь после проплывания мимо роскошного букета с цветами. Ранее, при ней, никто кроме Великого Князя на Луне такими охапками цветы не дарил.

Лазарь было вскинулся ответить, но сник.

— Подожди, Лазарик, третий раз подряд контракт не продляют, через полгода, получу коллежского и на Землю, — смилостивилась Голда. Она чуть повернула голову и заметила кому отнесли цветы и вазу, поблагодарив Яхве что её ухажер лучше здешнего принца считает деньги. Жаль, молод Светлейший, но видно породу — в отца. Романов, вне всяких сомнений.

Шемитов, не замечая кажется кроме Голды никого и ничего, взял руку любимой в свои и прижал к губам, благодаря за надежду.

* * *

ЛУННАЯ ОРБИТА. ДЕСАНТНЫЙ КАТЕР ДК-2-ИБК-М147. 8 марта 2015 года.

Лейтенант Скворцов изучал на стекле тактического командирского шлема поставленную задачу и поступающие дополнительные вводные. Ему, как офицеру, поступало больше информации, чем его бойцам, что и понятно, зачем простых десантников грузить лишней информацией? До их сведения доводили только, что их непосредственно касалось — задачи, условия на поле боя, взаимодействие в группе и соседями, координация действий с орбитальных дронов-корректировщиков, информация о расположении и характере сил противника.

Что ж, в качестве «отряда вторжения» выступали бойцы Сил планетарной обороны Луны. Точнее, Спецотряд «Призраки Луны». Противник серьезный. Считаются элитой. Придется повозиться. Народ там опытный, повоевавший на Земле и побегавший в подобных учениях на Луне. Да и в открытом космосе они справятся, хотя это не их специализация. Они ведь не космодесант.

Космодесант — это как раз они сами.

Условный противник запустил ракету и условно вывел из строя висевший над ними дрон-корректировщик. Изображение на тактической карте исчезло. Так что, по условиям учений, координация и связь у них пропала.

Голос пилота в шлеме:

— Командир, получен приказ симулировать условную аварийную посадку. Посадка жесткая. До цели чуть больше километра.

Лейтенант выругался. Затейники, мля!

Пилот сдержал слово. Тряхнуло мощно, если бы они не были надёжно зафиксированы, а амортизаторы боевых мест не смягчили удар, то тут бы у всех уже были поломанные конечности и позвоночник, а голова провалилась бы трусы.

— Всем покинуть катер!

Поверхность Луны встретила их хорошей солнечной погодой. Хорошо, что они хоть недалеко от Южного полюса, тут солнечные лучи больше по касательной идут и не так жарят.