— Но ведь драконам необходимо постоянно трансформироваться, разве нет? Господин Расколов об этом еще не первом занятии говорил.

— Конечно, он прав, но вы же помните первую группу турнира? Кроме нас с Демьяном и сударыней Беломорской никто даже среднего уровня не показал! Их избаловали, а потом удивляются, почему раса драконов слабеет!

Его слова вызвали у меня злорадное упоение.

— Смотрите, Круторогов! — прошептал Демьян.

Мы дружно перевели взгляды на попечителей, которые вели не самую приятную беседу с наблюдателями, судя по их лицам. Около десяти минут они спорили, пока наконец все не удалились, а еще через несколько минут к нам явилось восемь целителей.

Раздраженный Расколов подошел к нашей группе.

— Добрый день! Мне жаль, что вам пришлось потратить наше бесценное время на ожидание, но теперь мы все наверстаем сполна! Это, — он указал рукой на целителей, — наши новые наблюдатели, которые будут следить за вашим состоянием, и окажут помощь при необходимости.

— А куда дели тех? — с задором спросил Олег.

— Выставили вон, полагаю. Не хватало мне еще кучи ноющих слабаков на занятии! Они бы точно сорвали учебный процесс. Вы здесь для того, чтобы оттачивать мастерство, научиться владеть тонкостями полета, а не ради жевания соплей, — преподаватель был так зол, что уже не выбирал выражений. — Что же они устроят, если мы все-таки отправимся на экскурсию на север? Но да ладно, сейчас советую думать только о моем предмете. Построились!

Он так рявкнул, что мы за секунду выстроились в ряд.

Далее нам пришлось пробежать около пяти километров. Драконам такая разминка пришлась по вкусу, но у меня едва не остановилось сердце, к тому же мороз и хлещущий в лицо снег не способствовали приятной пробежке. Александр и другие парни выглядели невозмутимо, я же ловила ртом воздух, несмотря на попытки привести себя в порядок.

— Ну что, взбодрились? — вопросил Расколов, и ответом ему были боевые выкрики.

Еще до начала занятия драконы выглядели ленивыми, сейчас же вмиг преобразились. Такова их суть: если отбросить благополучие и светские устои, жажда борьбы в их крови. Должно пройти много времени, прежде чем они опустятся до уровня комиссии, явившейся за мной в пансионат.

— Тогда строиться в шеренгу! Ученики из людей идут ко мне!

Мы отделились от общего строя, встав группкой возле преподавателя. Он же строго посмотрел на драконов.

— Сударыня Беломорская, на позицию!

Ярослава переместилась к стартовой площадке, олицетворение смелости и собранности.

— Кто из группы может сказать, что происходит при обращении к родовой силе? Сударь Курилин, ответьте-ка.

— Видоизменение, — ответил тот с ленцой.

Но преподаватель разозлился.

— Видоизменение невозможно, запомните это раз и навсегда! Мы преобразовываем наш резерв. Сколько раз я произнес это слово на занятиях?! Даже ваши столы уже запомнили бы, а вы — по-прежнему ошибаетесь.

Он суровым взглядом прошелся по всем ученикам, и снова вернулся к Ярославе:

— Обратитесь к резерву, и проявите.

Внешне ничего не поменялось, но благодаря учебникам я знала, что кровные драконы способны чувствовать, как кто-то использует резерв. Так они и определяли чужую родовую силу. Однако хорошо владеющие резервом драконы могли и скрывать проявление, чтобы, например, нанести удар.

— Частичная трансформация!

Беломорская подпрыгнула, выпуская прекрасные черные крылья.

— Развоплощение!

Опустилась на землю и легко убрала крылья.

— Трансформация!

На этот раз она приняла полный облик. Мое сердце учащенно забилось при виде этого зрелища: хрупкое тело за секунду изменилось в размерах и пропорциях, превращаясь в изящную черную драконицу. Сильные крылья подняли ветер, гоняя выпавшие снежинки, хотя мы были на достаточном расстоянии от нее. Она зависла в воздухе, но я знала, что драконам легче летать, чем держаться на одном месте.

— Частичная трансформация!

Это тоже было сложной задачей: Расколов неоднократно подчеркивал, что из полного облика крайне трудно трансформироваться частично. Как правило, у учеников и некоторых взрослых драконов не получалось сохранить при таком маневре крылья, но Ярослава и здесь показала высший уровень. Ее гибкое черное тело растаяло за мгновение, оставив на обозрение стройную фигурку с роскошными крыльями.

— Развоплощение! Довольно!

Подчиняясь приказам преподавателя, она легко опустилась на землю.

— Отлично, достойные результаты! Сорок баллов, вы их заслужили, сударыня, — Расколов ободряюще ей улыбнулся. — Ваши братья будут рады узнать, что вы не отстаете от них!

Довольство на лице Ярославы рассеялось, когда ее снова сравнили со старшими родственниками, и она молча присоединилась к группе людей.

Преподаватель тем временем повернулся к Макару Курилину:

— На позицию!

Парень явно нервничал, хотя внешне старался выглядеть вальяжно.

— Соберитесь, сударь, я не потерплю расхлябанности от своих учеников, — Расколов явно не оценил его браваду. — А теперь — трансформация!