Шрифт:
— Да, — он поморщился. — Бывало и хуже.
Внутри нее закружилась ярость, какой она не испытывала уже долгое время. Такая же ярость, которая убила ее мать.
Выглянув в оконный проем без стекол, Мера заметила фигуру в капюшоне, стоявшую за несколько вагонов впереди поезда.
— Выходите, где бы вы ни были, детективы! — завопила фигура.
Покачнувшись, Баст встал и одернул края своего серого жилета. Потом смахнул с рубашки осколки битого стекла и посмотрел на фигуру в капюшоне, которая только что перевернула целый поезд.
— Посмотри на это, котенок. У нас гости.
Глава 6
Просто прекрасно.
Мера работала детективом и притворялась человеком, поэтому не могла использовать свои способности. Конечно, она заставляла людей говорить правду, но песня сирены была как более мягкая версия чар вампира, поэтому обычно оставалась незамеченной.
Однако чтобы сразиться с ведьмой, которая могла поднять восьмитонный поезд, как будто он сделан из бумаги, ей понадобятся все силы.
Жуткая магия.
Нет. Она больше никогда ей не воспользуется.
Возможно, Мера могла бы сыграть как обычно. В конце концов, у сверхъестественных существ кровь течет так же, как и у людей.
В Клиффтауне она часто сталкивалась с преступниками вампирами и оборотнями. Кола в сердце или серебряной пули было более чем достаточно, но в кровососах и морфах почти нет магии.
Но ведьмы и колдуны? Это совершенно другая игра.
Они были людьми с талантом к магии, который усиливался благодаря рунам, нанесенным на их тела. Эванорианцы, возможно, не были такими могущественными, как фейри, но чертовски близки к этому.
Переглянувшись с Бастом, Мера похлопала по кобуре с пистолетом, что висел у нее на поясе, затем по кинжалу в ножнах на боку справа, и понадеялась, что этого окажется достаточно.
Когда она и ее временный напарник вышли из поезда и зашагали вперед, Мера заметила безумный блеск в глазах Баста и легкую усмешку на его лице. Это было одновременно прекрасным и ужасающим зрелищем.
И казалось, что он совершенно не боялся ведьмы, которая пришла за ними.
— Баст? Ты в порядке?
— Лучше не бывает. — Он не повернулся к ней, не сводя глаз с фигуры в капюшоне впереди.
Вдоль железнодорожных путей тянулся асфальт. Слева и справа до горизонта простирались бесконечные зеленые прерии.
Люди медленно выбирались из покореженного поезда, женщины, бизнесмены и торговцы помогали друг другу. В груди Меры полегчало, когда увидела, что большинство пассажиров хоть и ранены, но не серьезно. Некоторые хромали, в то время как другие поддерживали их, но большинство могли идти самостоятельно.
Когда все заметили ведьму впереди, то ахнули и разбежались кто куда. Они явно знали, на что способны ведьмы, особенно та, которая справилась с целым поездом.
Мера и Баст остановились на безопасном расстоянии от противницы. Капюшон скрывал лицо ведьмы, закутанной в черную мантию с серебряными знаками отличия в форме жар-птицы. На ее талии висел пояс с оружием.
— Ты следила за нами? — спросила Мера.
Ведьма кивнула.
— Чего ты хочешь?
Она указала на Баста, и они увидели закрученные чернильные узоры, украшавшие ее руку до пальцев. — Согласно предвидению, ты станешь его погибелью. Поэтому ты должен умереть, Себастьян Дэй. — Ведьма кивнула в сторону Меры. — Ты можешь идти, человек.
— Черта с два, я это сделаю. — Вытащив пистолет из кобуры, Мера сняла его с предохранителя и прицелилась.
Ведьма рассмеялась, слегка откинувшись назад, и Баст выкрикнул предупреждение, но было слишком поздно.
Когда ведьма наклонилась вперед, волна магии вырвалась из ее тела — цунами дикой энергии, готовое сокрушить все вокруг. Желтые вспышки магии двигались в сторону Меры и Баста так быстро, что Мера не успела нажать на спусковой крючок.
Взрывная волна сбила их обоих на землю.
Из легких Меры выбило весь воздух, когда она ударилась спиной о землю. Пистолет выскользнул из ее руки и приземлился примерно в восьми футах от нее.
Чертовы ведьмы.
— Лежи, котенок, — приказал Баст, вскакивая на ноги и стискивая кулаки.
Тьма спустилась по его рукам, окутав предплечья и кисти, словно часть Баста сотворена из самой глубокой ночи.
Тьма распространилась от его кожи, окутав тело черной аурой. Возможно, Мера сошла с ума, но могла различить в глубине крошечные мерцающие звездочки.